Я в этот миг душою вспоминал,
Как билось сердце юного аскета,
Когда увидев девичий овал,
Он замирал от радостного света.
***
Когда я вижу:
В тяжком гуле
Проходит небом самолёт,
Он кажется пчелой,
Что в улей
Свой взяток тяжело несёт.
ЖЕЛЕЗНОВОДСК
А душу можно рассказать?
М. Лермонтов
Теперь он знаменит тем, городок привольный,
Что бескорыстно людям отдаёт
Ток солнечных лучей,
И воздух горный,
И жаркий ток своих подземных вод.
Но городок не открывает тайны,
Которые домишко сохранил:
Ведь это в древнем, в нём, поэт опальный
Часы последней ночи торопил.
Он, видно, что-то знал о жизни занебесной,
Коль бушевал в душе небесный шквал,
Коль откровенно и предельно честно
Под пулю друга сердце подставлял.
И нам ли клокотать со страстью иноверца,
Нам горячить ли слабые умы,
Когда мы своего не знаем сердца,
Когда своей души не знаем мы.
Но нам дано внимать бессмертью немо
И наблюдать движения светил,
Всерьёз благодаря святое небо
За то, что гений землю посетил!
***
Над Бештау клубится туман,
Оседает на шубу лесов.
А вослед неотвратно в проран
Птичьих хлынул поток голосов.
Как по Божьему Слову, весь мир
Был озвучен на сотни ладов.
И наполнился синью эфир,
И осмыслилась жизнь городов.
И замедлив привычный свой бег,
Отряхнувшись от бед и страстей,
Так пронзительно вновь человек
Вспоминает о сути своей!
РЯБИНА ПОБЕДЫ
Ренату Ибрагимову
Может, кого-то, и небеспричинно,
Насторожит, если я назову
Красные гроздья осенней рябины
Красным салютом, что мчит в синеву.
То сравненье сорвалось невольно,
Но не назвать я его не могу:
Красные ягоды – зрелости зёрна,
Красная песня на синем снегу.
Красная краска – цвет памяти сердца!
Кровь и пожары Смоленской земли
Так опалили суровое детство,
Что обесцветить года не смогли.
Как мы салюты Победы любили!
И называли мы – я не солгу! –
Красными гроздьями спелой рябины
Красные взрывы на белом снегу.
Но, не замкнувшись в виденьях суровых,
Мне понимать было сердцем дано:
Красная девица, красное слово,
Красная площадь – в значенье «красно».
Как понимаете, небеспричинно
С давнего детства теперь я зову
Красные гроздья осенней рябины
Красным салютом, что мчит в синеву.
ИРОНИЧЕСКОЕ
Жизнь, к счастью, упокоилась. И даже
Мне нравится. Особенно с утра.
Лежу по-царски на беспечном пляже,
И что мне чёрт? Ведь я из рода Ра.
Мне подают верблюда к изголовью.
И на подносе – водка да икра.
И мне – почёт. Во мне немало крови,
Которая текла по жилам Ра.
Все боги мне близки, а может, близки’!
И мне прохладно, а вокруг – жара.
Ведь опахалами шуруют одалиски –
А как иначе: я из рода Ра.
О, Господи, как долго был я в рабстве:
То служба, то работа, то семья...
Как долго думал я о государстве!
Но я забыл, что государство – я.
Каир, 2010
КРАСОТА
Когда ты в сутолоке буден
Проходишь мимо Красоты,
Она, неброская, не будит
Твои уснувшие мечты...
Твой взгляд скользнёт и не отыщет
Средь суетящихся людей;
Её толкнув, не извинишься
По торопливости своей.
Но то, что лучше нас,
Что вправе
Нас презирать,
В конце концов
Однажды, сжалившись, проявит
Её прекрасное лицо!
И ты, забросив все заботы
О надвигающемся дне,
Вдруг вспомнишь солнечное что-то,
Не приходившее во сне!
Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345
Комментарии: 15.07.2010 16:20:59 - татьяна Николаевна Полякова пишет:
Спасибо за стихотворение в день Памяти Михаила Юрьевича Лермонтова.
Литература
Незажившая тишина
ПОЭТОГРАД
Анна МАТАСОВА
***
Лизни железный штырь
В лютый волчий мороз.
Детство твоё – поводырь,
Оно доведёт до слёз.
Пусть проберёт до пят
Розовый жар щеки,
Пусть за спиной сопят
Девочки-мальчики.
Просто лизни его
Отполированный край…
Жив твой язык, ничего,
Сплёвывай кровь давай.
***
Где вишня с горчинкой дрожит
над лохматым гнездом,
Ножом перочинным царапаю
призрачный дом –
Барак одряхлевший у самого сгиба реки,
Безумный скворечник,
в котором поют старики.
Белёсые дети, летучее – дзинь! – комара,
Рыбацкие сети, ловившие только ветра,
Луны золотинки и крылышки
божьих коров,
Хрустящие льдинки
под крышей сарайки для дров.
Я прыгаю в луже –
дожди никогда не умрут,
Из рухнувшей стужи
прискачет грибной баламут,
Мы прыгаем рядом,
пускаем вдвоём пузыри,
Он делится взглядом –
и ты никогда не умри!
Бессмертные танцы –
дождливое детство взахлёб,
Отцовское пьянство,
звездой поцарапанный лоб,
Собачья пробежка, колючие капли с куста,
Родная ночлежка,
сквозная хребтина моста.
А вниз перегнёшься – ленивой реки ширина,
Которой напьёшься,
лишь выхлебав душу до дна,
Вернёшься, шатаясь, –
всё тот же знакомый барак,
Внутри никогда, никогда,
никогда не кончается мрак.
А там тебе скажут –
у печки присядь, отдохни,
Сожги свою тяжесть,
свои поседевшие дни,
Лошадку качни
и начни среди новых планет…
Внутри никогда, никогда,
никогда не кончается свет.
***
Мы землю зовём – чернозём,
