А с противной стороны… Первый шаг к целенаправленному помрачению стариковских умов вариативен. О чём сообщала и пресс-служба столичного УБЭП. Либо мошенники используют где-то украденные или купленные базы данных с адресами-телефонами, сведениями о семейном и имущественном положении. Либо это реклама на крупных, пользующихся большой популярностью радиостанциях. Для такого PR охотно отворяют свой эфир «Эхо Москвы», «Радио России», «Маяк»… Их слово воспринимается с доверием, особенно пожилой аудиторией. Пусть старикам хоть с утра до вечера твердят, что не несут ответственности за рекламную правду и кривду. Преступники знают, что к чему, и успешно используют высокое реноме издания для наживки. Между прочим, расплачиваясь деньгами, нагло отнятыми у стариков. Это ведь самое настоящее пособничество. Куда только законодатель смотрит?
Вопрос тем более злободневный, что нравы нашего рынка довольно причудливы. Казалось бы: лживая реклама не может не подмочить репутацию издания. Что, по идее, снижает читаемость-слушаемость, а значит, и спрос у рекламодателей. Стало быть, невыгодно снимать с себя ответственность за содержание рекламы? Выгоднее чуток раскошелиться на её предварительную экспертную проверку?.. Ну да, казалось бы.
Быть пенсионером рискованно
Напомню расхожую истину: о степени цивилизованности государства и общества судят по тому, каково приходится старикам. У нас они остаются самой уязвимой категорией. Группой повышенного риска. Мало того, что многие безвременно угасают, не выдержав перелома в образе жизни – от повседневной общественно полезной деятельности к парализующему отдыху, к ощущению, что теперь они для всех обуза. Мало того, что пенсии всё ниже склоняются перед инфляцией, денег не хватает на самое необходимое. Так и этот жалкий доход отнимают мошенники – бессовестно и безнаказанно…
Опасно и трудно быть у нас пенсионером. Это как своего рода профессия, но с неясным смыслом её существования. Подразумевающим чётко обозначенный круг обязанностей, прав и эффективную защиту этих самых прав. О роли государства в лице законодателей, здраво- и правоохранителей уже сказано. А что же может здесь общество? Его многочисленные организации? Вопросы риторические, оптимистический ответ лично мне неведом. Мелькают изредка сообщения о создаваемых профсоюзах пенсионеров – не к ведомствам приписанных, а массовых. Но, похоже, всё это однодневки.
И всё же ещё раз: никакие самодеятельные структуры не в силах воспрепятствовать смычке милиции с криминалом. Поэтому, на мой взгляд, нужно модернизировать законодательство, лишить жуликов доступа к закрытым информационным базам, кардинально улучшить сферу здравоохранения. Только такие меры способны если не полностью пресечь, то предельно затруднить действия мошенников по закупорке мозгов ради откупорки кошельков.
***
…На днях Елене Николаевне позвонил доктор, тот самый. Почему-то до сих пор не арестованный. Теперь, сказал он, работает в некоем комитете здравоохранения. Со знакомым ей мягким нажимом посоветовал не шутить со здоровьем. Продолжить лечение, а лекарства сегодня же завезут. Бедная женщина была так потрясена, что её колотило до ночи. Уснуть смогла лишь со снотворным, запив его валокордином. А назавтра он снова позвонил…
Вот я и спрашиваю: будет ли этому конец? Чья мать или тёща должна оказаться потерпевшей? Министра внутренних дел? Генерального прокурора? Или – бери выше?..
Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345
Комментарии:
Общество
О «рыбном» дне, колбасе и политике
КНИЖНЫЙ
РЯД
Ирина Глущенко. Общепит. Микоян и советская кухня. –
Герой книги переводчика, журналиста, исследователя советского быта Ирины Глущенко – нарком, министр, председатель Президиума Верховного Совета СССР Анастас Иванович Микоян, про которого острили, что он прошёл «от Ильича до Ильича без инфаркта и паралича». От Ленина до Брежнева.
Личность, безусловно, интересная и, как принято говорить, неоднозначная. И многоликая, но автор пристально обозревает одну – главную и широкую – сторону деятельности Микояна, связанную с производством продуктов и организацией советского общепита.
Послереволюционное брожение умов, переворот в сознании диктовали иные подходы ко всему и к питанию в частности. Предлагая забросить в чулан кастрюли и сковородки («Современная советская женщина должна освободиться от тяжёлого труда, от обидной домашней работы…»), Микоян выдвигал идею, спустя десятилетия завладевшую массами: «Трудящиеся должны иметь в своём распоряжении фабричный продукт или полупродукт, требующий лишь небольшого подогревания». Для пущего антуража следует напомнить, что Микоян придумал «рыбный» день, способствовал внедрению нового сорта колбасы «для поправки здоровья лиц, пострадавших от произвола царского режима». То есть нашей родимой «докторской».
