Сборник основных произведений выдающегося учёного и публициста, одного из ведущих русских мыслителей XX века. В трудах Игоря Ростиславовича вскрываются корни самых трагических событий современной истории России. Доказывается неправдоподобность устоявшихся мифов о рабской сущности русского человека: «Мнениям приезжих иностранцев, видевших в России азиатскую деспотию, а в её жителях – рабов, можно противопоставить взгляды других иностранцев, поражавшихся чувству собственного достоинства у русского крестьянина или даже видевших в России «идеальную страну, полную честности и простоты»… Суверен, не является ничьим данником… По представлениям того времени, царь был ответственен перед Богом религиозными и нравственными нормами, и царю, нарушающему их, повиноваться не следовало…»
[?] Сборник «Есть ли будущее у настоящего?». –
Спустя двадцать лет после начала реформ писатели, философы и публицисты, многие из которых приветствовали бурные перемены, решили попробовать разобраться, что же в итоге получилось. Авторы вошедших в книгу эссе снова и снова обсуждают болезненные темы века минувшего, пытаются ответить на вопрос, что же такое русская интеллигенция, и констатировать, что от неё сейчас осталось… «Если же мы говорим о застойных годах, – пишет Алексей Симонов, – обнаруживается такое количество «героев сопротивления», что совершенно непонятно, почему эта система не рухнула в разгар застоя… Наступает время трезвых оценок. Процесс осознания понемногу идёт… И я глубоко сомневаюсь, что все сегодняшние признания – не от растерянности, а за привычным «мы» звучит искреннее «я».
[?] Марио Варгас Льоса. Тётушка Хулия и писака / Пер. с исп. Л. Новиковой. –
Когда неистовый взлёт латиноамериканской прозы являлся ещё не очевидным фактом в истории литературы ХХ века, но самым что ни на есть настоящим, творящимся здесь и сейчас, герой этого романа «был очень молод и жил с дедушкой и бабушкой в белостенном доме на улице Очаран в Мирафлоресе…». Такими словами начинает свою книгу, выдающуюся даже среди прочих его незаурядных сочинений, Марио Варгас Льоса – перуанский прозаик, награждённый в минувшем году Нобелевской премией. Это роман не только о молодом журналисте и его неотразимой родственнице – он о самой сущности творчества, магия которого разлита в повседневности: «Я пишу о жизни, мои произведения связаны с реальностью, как кисть винограда с лозой».
Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345
Комментарии:
Литература
Поэзия
Наступление календарной весны в России, увы, не совпадает с показателями термометра. Если от чего и становится теплее, так от приближающегося праздника женщин. Будучи вынуждены пропустить из-за выходных поздравление в срок, мы даже рады это сделать заранее и отдельно. В том смысле, что отдел литературы от души поздравляет всех авторов, относящихся к прекрасному полу, и желает им любви, творчества и признания.
Лунное олово
Наталья ПОПОВА
* * *
Этот войлочный двор забелённый
и рябиновый рой надо мной,
в шелухе отжелтевшего клёна
редких лавочек сломанный строй,
влажных улиц пролёты тугие,
волнорез углового метро –
остановка, шаги верстовые,
побирушки… и тот метроном,
что отсчитывал нашу с тобою
на двоих неспокойную речь.
Это осень и запах алоэ –
право жить и желание слечь.
* * *
Берегись, убаюкаю. В мутном бокале
застоялась заздравная, здравая речь.
Обтекает дыхание, перетекает
в обводные каналы вдоль линии плеч.
Липнет лунное олово к пене прибоя,
припаяло у кромки усталый твой взгляд.
Ночь безродной собакой шагнёт за тобою,
слышно, чьи-то шаги мокрой галькой галдят.
Даже море устало от шума. И ветер
полоснёт по лицу. Ты прикроешь глаза
и представишь, как гнёт тополиные ветви
прямо к окнам моим октябриный азарт.
Как стою у окна в твоей старой рубахе,
за бессильные плечи держусь и смотрю,
как дождём гулкий вечер небрежно распахан.
Я тебя убаюкаю… баю-баю.
На берегу застыну…
Ольга ЖУРАВЛЁВА
МОЙ
Этот сине-зелёный твой.
Этот рьяно-багряный, встречный,
Необузданный и живой –
Мой, конечно…
И надмирностью вековой,
Недоступностью безупречной
Режиссируешь непокой –
Мой, конечно…
И, печалясь по пустякам,
Прикрывая глаза устало,
Посвящаю твоим рукам
Этот – алый…
И неведомо почему –
По каким неземным причинам
Предназначенный никому –
Мой мужчина!
* * *
На берегу застыну на бегу,
Над самым краем заслонясь руками –
