Интеллигент, подсевший на такую литературу, уже ни к чему не отнесётся серьёзно. Он обречён воспринимать историю и современность иронично, вспоминая смешные склейки, сделанные модным писателем. В этом и состоит цель - не позволить ничего осознать.
Почему русский постмодернизм сразу вцепился в Василия Ивановича Чапаева, очевидно. Его простота отражает душу советской цивилизации, которая двигалась вперёд именно по-чапаевски - от победы к победе. С этой простотой можно было играть, соединяя её с буддизмом и забавляясь комическими эффектами. Эта простота позволяла издеваться над советскими мифами и выхолащивать их.
Простота стала ахиллесовой пятой красной империи, которая не озаботилась сложностью, не достигла метафизической высоты и позволила себя умертвить новым оружием. Теперь на её трупе густо расселись падальщики.
За чей прах они примутся завтра - понятно. Россия - тело большое и вкусное. Если её завалить, еды хватит надолго. А завалить её можно вполне, поскольку идёт той же дорогой - прозябает в банальности и примитиве, целиком полагаясь на свои "чушки".
Вскоре после "Чапаева и Пустоты" вылетел "томагавк" особого рода - "Кысь". И его целью было уже не советское сознание, а русское. Это был выстрел в русскую идентичность, прицельный и подлый, стремящийся пробудить у читателя ненависть к своим корням, мифам, культуре.
Сегодня такие "томагавки" летят один за другим, разнося сознание в дым и сокрушая основы цивилизации. Бьют без устали, бьют без пощады. На войне как на войне.
<p><strong>Ни сотни без крена</strong></p>
Ни сотни без крена
ЗОЛОТАЯ СОТНЯ
Свою "золотую сотню" прислал Дмитрий Колесников, литературный критик и преподаватель факультета Института международных образовательных программ СпбГПУ. В примечании он пояснил свой метод выбора книг. Считаем целесообразным привести его, чтобы затем дать комментарии от редакции.
1. Предлагаемую мною "золотую сотню" можно условно разделить на две "золотые пятидесятки". В первую пятидесятку вошли наиболее значимые, с моей точки зрения, произведения зарубежной литературы, а вторая пятидесятка состоит из важнейших отечественных книг. При этом в первой пятидесятке мною отдельно выделены и расположены в хронологической последовательности знаковые произведения основных жанров массовой литературы, о которых, на мой взгляд, школьник также должен получить представление на уроках литературы.
