Кроме того, по композиции роман гармоничен и соразмерен. Поступки героев мотивированны, их портреты выразительны. Текст держит в напряжении, то есть с энергетической точки зрения вполне убедителен. Автору удалось создать свой мир, тревожный и дерзкий, в котором возможно всё: взлёты и падения, страх и восторг, пусть даже это всего лишь восторг аферы. Есть в "Третьем яблоке Ньютона" и ирония, и юмор, и теплота человеческих отношений, которая трогательно смотрится на фоне хищных банковских операций.
Не обошлось и без упоминания классиков. Приятно, что их знают и любят даже в банковской сфере:
"- Кстати, как называется эта компания?
- Неважно. Наш Крис большой поклонник Чехова. Я сам не читал, но разделяю его высокие оценки. Она проходит у нас под кодовым названием "Каштанка". Это собака такая, в каком-то рассказе Чехова".
Есть романы, которые стоит дочитать до конца. Хотя бы потому, что это познавательно. Роман Елены Котовой "Третье яблоко Ньютона" именно такой.
Ксения КОЛОКОЛЬЦЕВА
<p><strong>Трава, пробившаяся сквозь бетон</strong></p>Трава, пробившаяся сквозь бетон
Бударин С.Свет-синева: Стихи. - Самара: Русское эхо, 2012. - 56 с. - 700 экз.
Стихотворения двадцатидвухлетнего Сергея Бударина (а написаны они им, естественно, в более раннем возрасте) на сегодняшнем литературном поле, на котором буйно разросся бурьян интеллектуальной, рассудочной, или, как ещё её назвал один критик, силиконовой поэзии с вызывающе торчащими кочками постмодернизма, воспринимаются как зелёная трава, неведомо как пробившаяся сквозь асфальт и бетон.
Ветер метёт по земле
Воск шелестящей листвы.
Плещут в заоблачной мгле
Лебеди свет-синевы.
Поэты, которых стихотворец призвал в свои учителя, легко угадываются: Кольцов, Никитин, Некрасов, Есенин, Рубцов, в какой-то мере Юрий Кузнецов. Исходя из этой традиции, он высказывает и своё отношение к делу, которым рискнул заниматься, - к литературному творчеству.
Лирический герой "Свет-синевы" пока, правда, больше смотрит, созерцает, рассказывает, а не действует и думает, но творческое поведение и мудрость, как известно, приходят с годами, а он до завидного молод. Поэтому позволю себе передать ему некоторые слова, которые слышал автор этих строк от поэта-фронтовика Николая Старшинова. Так, Николай Константинович говорил: подражать кому-то можно, но нужно знать - зачем подражать; все знают, как не надо писать стихи, но никто - как надо; слушай советы всех, но делай, пиши по-своему.
