"Литературная газета" общественно-политический еженедельник. Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович.
Плакат времён перестройки
Наверняка многие помнят эти слова. Свежо звучали они в стране, то и дело хоронившей генсеков, толкавшейся в очередях и говорившей правду лишь на кухне. А тут человек взял и сказал: "Видимо, товарищи, всем нам надо перестраиваться. Всем[?]"
Эти слова молодой - всего 54 года! – генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачёв произнёс во время поездки в Ленинград 17–18 мая 1985 года на встрече с партактивом. Так прозвучало слово «перестройка». Хотя ещё 23 апреля 1985 года (ровно 30 лет назад) на пленуме ЦК КПСС Михаил Сергеевич заявил программу широких реформ под лозунгом «ускорения социально-экономического развития страны», т.е. ускорения продвижения по социалистическому пути на основе эффективного использования достижений научно-технического прогресса, активизации человеческого фактора и изменения порядка планирования.
Всё правильно! Лет бы на 10 ранее… Но советские люди горячо откликнулись. Нужно было многое менять, чтобы не оказаться на обочине развития человечества, зажить полной жизнью без страха и диктата, в условиях гласности, свободы и демократии, в ладу с собой и всем миром. Перестройка – суть не в термине – была выстрадана.
Но довольно скоро стало выясняться, что слов куда больше, чем дел. Месяца не прошло, как уже в мае 1985 года генерального секретаря стали называть «минеральным» из-за крайне непродуманной антиалкогольной кампании. Подобное – без руля и ветрил – накатывалось и накатывалось.
Фактически нарастал не слом негодного и устаревшего, не созидание, не точная кропотливая выверенная работа, а слом государства, разбазаривание великой страны-победительницы – СССР. Шла сдача её позиций на международной арене, обострялись внутренние конфликты, взрываясь в Алма-Ате и Тбилиси, в Нагорном Карабахе, возле телецентра в Вильнюсе… Растаптывалась её история, шельмовались настоящие герои, великую многонациональную культуру теснили кич и похабщина. Что-то менялось к лучшему и прорастает до сих пор. Но больше перечёркивалось. Не только дурное, но и праведное. Армия и флот – «самые верные союзники» – стали изгоями.
Многие видели: происходит что-то не то, но не находили сил и союзников, чтобы поменять курс перестройки. Кто-то публично сжигал партбилеты, молился новым богам. Большинство беспокоилось, как бы просто выжить.
За шесть с половиной лет перестройки от страны мало что осталось, и в декабре 1991 года она перестала существовать как субъект международного права. Последствия ощутимы по сей день и долго будут аукаться.
Перестройка была нужна, но не такая. Заплатили и платим дорогой ценой за её хаос и непродуманность.
Теги: Россия , политика , экономика
Фото: РИА "Новости"
Неудивительно, что в Киеве среди бела дня был расстрелян известнейший украинский писатель, историк и журналист Олесь Бузина. Удивительно, что этого не случилось раньше.
Не так давно корреспондент "ЛГ" взял у Олеся интервью, опубликованное 28 января, в котором тот был предельно откровенен. Не стеснялся в выражениях, обвинял в развязывании войны в Донбассе новые киевские власти и со скепсисом отзывался о «самостийности». Для него было очевидно, что нынешний курс Украины губителен прежде всего для самих украинцев, от которых он себя нисколько не отделял. Давно мог бы эмигрировать, но не стал этого делать, утверждая, что любит Киев, имеет только одно гражданство - украинское – и один паспорт – с трезубом. Но в русских, украинцах и белоруссах он видел единый корень.
Между тем врагов у него было предостаточно. За одну только книгу «Вурдалак Тарас Шевченко», в которой Бузина показал украинского классика без «хрестоматийного глянца», с ним судились 12 раз. Все эти суды он выиграл, подтвердив архивными документами правоту своих утверждений. Но кого это уже волновало? Главное, что он был объявлен предателем национальных интересов, пророссийским деятелем и шпионом. А с такими людьми на Украине разговор сейчас короткий[?]
«Я не люблю, когда люди убивают людей», – сказал он в интервью. Но, наверное, всё же не думал, что вскоре убьют его самого. Те, кому безразлично своё же национальное достояние. Те, кто даже не задумался – на кого, собственно, поднимает руку. Убить писателя нетрудно. Трудно его вырастить, заполучить из неких невидимых сфер, слушать его речи, пусть даже и не вполне ласкающие слух. А кого сможет породить нынешняя Украина? Появится ли там в ближайшие годы кто-то, равный по масштабу Бузине?
