За этими грустными мыслями вспомнил, что накануне натолкнулся на зимнее выступлением во Львове Любови Голоты в цикле вечеров тоже бывшего депутата-русофоба Ирины Фарион со странным названием «Книга и мета», то есть «Книга и цель», хотя для настоящего писателя иной цели и быть не может – ну не политическая или интернетовская трибуна же вместо книги! Любовь в холодном полупустом зале (даже Фарион не выдержала и белый шикарный пуховик накинула!) назвала телефон своего эфира на радио «Культура». Ну я и позвонил из Киева. Редактор объяснила: Голота будет в эфире в 16 часов на своей программе «Серебряная пора» с гостем – тоже недавним депутатом Иваном Зайцем. Я послушал начало – про историю Дня Соборности, который отмечается 22 января – в день провозглашения в 1919 году акта воссоединения Украинской Народной Республики (УНР) и Западно-Украинской Народной Республики (ЗУНР) в единое украинское государство: «Отныне сливаются в одно веками отделённые друг от друга части Украины – Галичина, Буковина, Закарпатье и приднепровская Украина – в одну Большую Украину. Исполнились исконные мечты, для которых жили и за которые умирали лучшие сыны Украины. Отныне есть только одна независимая Украинская Народная Республика». После этого она столько раз распадалась, перекраивалась, но беспрерывно прирастала усилиями Ленина, Сталина, Хрущёва и сделалась к развалу СССР небывало большим государством.
«– О, видомый российский поэт, мой давний знакомый! Дни литературы в Днепропетровской области – 1981 год, Александр был с гитарой. Он славил свои национальные корни, обращался к фольклору, помню «Теребили бабы лён»!
– В дом к твоим родителям заезжали. Гарно жили!
– Да! Руководитель нашей группы – партизан и писатель Юрий Збанацкий, замечательный человек (Герой Советского Союза. – А.Б. ) сказал: мимо же твоей Софиевки по Криворожской трассе поедем после выступления, давай в родное гнездо свернём хоть на несколько минут. Семь писателей – и каких! – у нас в хате были.
– Да, родители расстарались, стол накрыли, угощали, а мы – после банкета… Но я хочу два вопроса задать тебе и гостю. Первый: передача называется «Серебряная пора». Не кажется ли тебе, что те времена расцвета Ивана Драча и Павло Мовчана, которых переводили их талантливые ровесники, молодые Микола Лукив и Люба Голота, которых переводили уже наши ровесники, – они-то и стали Серебряным веком украинской поэзии? Разве не жалко? Ну и Ивану Зайцу вопрос: вы в соборность только политическую составляющую вкладываете, а христианскую, культурную? Я проехал Ужгород, Львов, вот в Киеве говорю: разные Украины-то, неужели диктатом только соедините? А как же духовные скрепы? Был в Финляндии – жил напротив шведского театра, узнал, что саамский язык на севере стал третьим государственным. А что же в такой многообразной Украине творится?
И ответы меня – после сентиментальных воспоминаний в эфире – повергли в уныние. Друг мой, свидетель, врубил динамики, аппаратура в студии хорошая. Любовь вдруг вспомнила ещё, что я работал в «Литературной России», но отрезала: окончательно поняла, что ей с русскими поэтами не по пути. «После зелёных человечков в Крыму и кровавых на Донбассе мы и поняли: все братские узы разорваны!» Меня отключили.
Голота закончила радиопрограмму записью песни в стиле рэп:
Но ведь это слабо, топорно, лозунгово – разве такие песни рождала война с истинным врагом – немецким фашизмом: от «Священной войны» до «Артиллеристы, Сталин дал приказ!» или «Ой, Днипро, Днипро, ты широк, могуч». Ведь мы же поэты и редакторы, Люба, мы выступали с тобой в Днепропетровске вместе с автором этих строк Евгением Долматовским. Ты разве не чувствуешь поэтическую и смысловую разницу? И при чём тут казацкая слава? В гражданской войне казаки бьются с двух сторон.
А здесь вообще ничего не понятно: не пожалеем патронов ради чего, чтобы войти в «историю героев» на каком поприще? Почему усмехнутся Карпаты, и тут же расцветёт Донбасс, и как Запад и Восток смогут вас объединить, если Новороссия и стала полем столкновения менталитета Галичины и Русского мира? Какая соборность на Украине без признания Русского мира? Ведь в его духовной власти миллионы, несмотря на страшное давление! Ну и силён же он…
