В литературу пришёл рынок. Есть писатели, которых покупают, и они получают хорошие гонорары. А есть писатели, которых не покупают, и они и не получают ничего. Справедливо это или нет, я не знаю, потому что пользуются успехом детективы, которые, как правило, не дают никакой пищи душе. Однако дают пищу уму: кто убил, за что убил, на восьмой странице обязательно должен появиться покойник, а если на восьмой странице покойника нет, детектив считается неудачным.
Александр Бобров:
– «Презрение к русским писателям нестерпимо…» – восклицал ещё Пушкин в письме к другу Вяземскому. Эхо достаёт и через два века. Да, в антигуманном обществе статус писателя и вообще книги в стихии рынка сознательно, на государственном уровне снижен. Почему? Разговор мировоззренческий, политико-организационный, а потому долгий. Констатируем: современное состояние литературной жизни таково, что общегосударственной программы, централизованного целеполагания и внятного финансирования нет (правда, на что-то потрачено без публичного отчёта несколько миллиардов в Год литературы!), единого идеологического пространства силами электронных СМИ не создано – они обслуживают политиканские идеи, освещают междусобойчики, коммерческие акции, тусовки своих. Кстати, чиновники и обыватели вообще любят подхватывать пустые вопросы: нужен ли Союз писателей? (А Союз наших-то промышленников и предпринимателей нужен?) Кого считать писателями? Зачем поддерживать авторов книг, если книга – такой же товар, как трусики или косметика? Последний вопрос начисто снимает финансист-спекулянт Сорос, который совершенно антирыночно поддерживал определённые книги, учебники, журналы! Жаль, что разницу не видят порой сами литераторы. Так, Светлана Замлелова в своей укоризненной статье «Хватит наивничать», а потом и в «разоблачительной» – «В переплёте» – резко осудила иждивенческие и нерыночные ожидания писателей: «История началась ещё в 2014 году, когда президент Российской Федерации торжественно объявил грядущий год Годом литературы. Писатели заволновались как детвора перед Новым годом и принялись ждать чуда. Но чуда не воспоследовало, Дедушка Мороз явился не ко всем. Тогда писатели разочарованно разбрелись по своим углам, дружно обиделись и… вот тут-то и началось». Ничего особенно не началось – появилось несколько аналитических статей с доказательством, что формально объявленный Год литературы не удался. Всё! А то выходит, что писатели сидели, как детишки, и ждали горы подарков под ёлкой, но явилась Снегурочка с суровым лицом и всё разобъяснила: не будет халявы! Но что за странное желание из писателей недоумков строить? Напомню, что тогда литераторов (Ленин в графе «профессия», кстати, писал «литератор»!) с помпой, с командировками из-за рубежа пригласили на первое огромное Литературное собрание и обещали государственную помощь – от создания Фонда поддержки литературы («Денег, конечно, будет меньше, чем в Фонде поддержки кино», – предупредил Владимир Путин, чтобы Никита Михалков не испугался) до создания некоего Литературного сообщества, призванного как раз преодолеть дробление творческих союзов и распыление средств на господдержку. Что было сделано реального в этом генеральном направлении? Вот главный вопрос без ответа. Там же Игорь Волгин и напомнил: «Писатель, литератор – такой профессии нет в перечне профессий. То есть все присутствующие здесь как бы никто». Тут тоже ничего не изменилось!
Анатолий Королёв:
– Русский писатель обычно был из дворян и писал по призванию души или из прихоти настроения. Советский писатель – это прежде всего партийная должность, на которую ты назначен, род командировки длиною в жизнь, а назначенцу писать книги вовсе не обязательно. Сегодня успешный писатель существует только в формате телевизионного шоу: если писателя нет на экране, то он почти что никто… Найти этой дефиниции (зеро) определение в классификаторе ремёсел невозможно. И это понятно. Тут нет злого умысла против словесности. Писатель – слагаемое чужих профессий и чужих денег, товарный знак дня.
Короче, статус писателя равен исключительно рангу издательства или программы, где он сейчас засветился, к истории литературы и искусству слова это, разумеется, не имеет никакого отношения.
Говорить же, что это неправильно и обидно, – нелепо.
Не злите Россию
Литература / Поэзия
Щипахина Людмила
Теги: Людмила Щипахина
ЖЕНЩИНА
Восславить могу! И проклясть!
Святым одарить убежденьем.
Я – женщина! Тайная власть
Дана мне судьбой и рожденьем.
Об этом мне весть подают:
Весна, в соловьином напеве,
На поле – пшеничный салют,
Грядущий ребёнок во чреве.
Бездонен души водоём
И щедры кормящие груди.
Я – женщина. В мире моём
Добро – продолжение сути.
Горит над жилищем звезда.
Искусен порядок в квартире.
Не зря для меня красота
Есть способ присутствия в мире.
Высокому жару в крови
Служу я прилежно и верно,
Ведь вечное чувство любви
Всей жизни моей соразмерно!
Из нежности соткан рассвет,
Обласкан, подсвечен лучами.
Но... острые клювы ракет
