Литературная Газета, 6568 (№ 38/2016) полностью

Полтора года назад не стало крупнейшего русского писателя Валентина Распутина. И вот появилась книга Андрея Румянцева, который был знаком со своим героем ещё со студенческих лет: они вместе с Распутиным учились в Иркутском университете и жили в одном общежитии, причём год – в одной комнате. Конечно, автор книги не знал тогда, что в своё время придётся написать о молодом друге книгу в серии «ЖЗЛ».

Биография вышла с предисловием Владимира Толстого: «Русская литература стала великой, потому что её вершинами были и есть писатели, олицетворяющие совесть народа…» Совесть – вообще ключевое понятие для Распутина­художника. Это стержень всех его произведений, будь то «Прощание с Матёрой», Последний срок», «Деньги для Марии», «Живи и помни» или «Дочь Ивана, мать Ивана». Человек совестливый – вот на ком держится земля русская.

Андрей Румянцев не пишет по принципу «я и Распутин», как делают порой иные биографы, и даже не пишет по принципу «Распутин и я». Он вообще уходит в тень, чтобы чётче вырисовывался силуэт его героя на ярком свете вдумчивого и подробного повествования. Чтобы читатели ощутили: Распутин не только большой писатель, но и большой человек. Создавая своих лучших персонажей, Валентин Григорьевич и сам был человеком редкой чистоты и порядочности. И не на словах, а на деле. Достаточно вспомнить его долголетнюю (более 20 лет), отнявшую много сил борьбу за сохранение чистоты Байкала. Распутин, ещё в середине 80­х годов состоявший в Государственной комиссии по Байкалу, добивался закрытия целлюлозного комбината, загрязнявшего окружающий воздух и воды озера. И в итоге добился. Родную свою Сибирь писатель вообще очень любил и много путешествовал по ней. Кстати, его книгу с иллюстрациями «Сибирь, Сибирь» выпустило издательство «Молодая гвардия», как и другие книги писателя.

Родился Распутин в ангарской деревушке Аталанке, о чём всегда вспоминал с особым чувством: «Природа родного края отпечатывается в наших душах навеки. Я, например, когда испытываю нечто вроде молитвы, то вижу себя на берегу старой Ангары, которой теперь нет, возле своей родной Аталанки… Немало в жизни повидал я всяких красот, рукотворных и нерукотворных, но и умирать буду с этой картиной, дороже и ближе которой для меня ничего нет. Я верю, что и в моём писательском деле она сыграла не последнюю роль: когда­то в неотмеченную минуту вышел я к Ангаре и обомлел. И от вошедшей в меня красоты обомлел, а также от явившегося из неё сознательного и материального чувства родины. Художником человек становится лишь тогда, когда свои собственные чувства он соединяет с общим народным и природным чувствилищем, в которые я верю не меньше, чем в совесть и истину, и в которых они, быть может, и проживают» .

Начинал Распутин с журналистской работы: трудился сначала в Иркутске в газете «Советская молодёжь», потом в Красноярске в «Красноярском рабочем». Как писатель впервые заявил о себе книгой очерков и рассказов «Край возле самого неба». Очень точно талант молодого прозаика охарактеризовал Владимир Турбин, напечатав свой отзыв в «Дружбе народов: «…А талант у него не саркастический вовсе, а нежно­угрю­мый и мечтательный…»

«Нежно­угрюмый» талант Распутина по­настоящему оценили уже в 1965 году в Чите на совещании молодых писателей Восточной Сибири и Дальнего Востока, куда будущий классик попал на семинар к Владимиру Чивилихину, отметившему удивительно образный язык молодого прозаика: «Мы имеем дело с редким дарованием… Мы уверены, именно Сибирь даст художника, которым будет гордиться человечество» .

И такой художник действительно пришёл. И человечество им гордится по праву.