Задушенный рот.
II
Вялые клочья
Годичной травы,
Мёрзлые почки,
Деревья мертвы.
К влаге приникнуть –
Река далека,
Хочется крикнуть –
Да нет языка.
III
Орать орлицею нагорной,
С размаху биться в зеркала.
Из перерезанного горла –
Мой голос с кровью пополам.
В живой воде омою перья –
Теченьем пурпур унесёт.
Шрам затянулся, и теперь я
Пою – Господь меня спасёт!
С точки зрения формы интересно это стихотворение вот чем. Первая его часть написана амфибрахием, вторая вообще уникальна: метр чередуется построчно: «Вялые клочья» – дактиль, «Годичной травы» – амфибрахий, «Мёрзлые почки» – дактиль, «Деревья мертвы» – амфибрахий. И так, с чередованием метров, написана вся вторая часть: одна строка – дактиль, вторая – амфибрахий. Третья часть представлена четырёхстопным ямбом. Для чего это сделано? Думается, для того, чтобы придать каждой из трёх частей стихотворения, объединённых общей темой, ритмическое своеобразие, чтобы каждая часть воспринималась по-новому.
Уже одно только процитированное стихотворение «Голос» демонстрирует бесспорное мастерство автора, свободное владение различными техниками стихосложения. Причём происходит всё это у Н. Болтянской совершенно естественно: смена метров обусловлена интонационными особенностями, а не желанием поразить воображение читателя. Надо заметить, что Надежда Болтянская вообще никогда не работает на публику, поэзия её вдумчива и сокровенна, и сильна внутренним горением, подкреплённым необычной образностью, а не внешней пустопорожней цветистостью фразы.
Юлия Рощина
Весна
Искусство / Портфель ЛГ
Сандро Боттичелли. «Весна»
Теги: Ирада Вовненко , проза
Отрывок из романа
Ирада Вовненко
«ЛГ»-ДОСЬЕ
Ирада Вовненко – писатель, искусствовед, автор более 10 книг для детей и взрослых, член Союза писателей России, председатель благотворительного фонда «Ренессанс», заместитель директора по связям с общественностью СПб ГБУК «ГМП «Исаакиевский собор».
Родилась в 1973 году в Ленинграде. Окончила Санкт-Петербургский государственный университет культуры и искусств и филологический факультет СПБГУ. В 2004 году основала благотворительный фонд «Ренессанс», целью которого стала помощь больным и обездоленным детям. Принимала участие в проекте восстановления Янтарной комнаты. С 2009 года активно участвовала в деятельности Исаакиевского собора: в частности, руководила проектом «Собрание друзей Исаакиевского собора».
Первой книгой Ирады Вовненко стала история для детей «Волшебный калейдоскоп. Путешествие Петьки в страну Историю», написанная в 2006 году.
Роман «Весна» готовится к печати в издательстве «Пальмира».
Тонино Гуэрра
Дождь настойчиво барабанил в окно, бесконечный и монотонный, не отпускающий внимания. Звук падающих капель создавал свои лёгкие такты, словно в музыкальных произведениях Эрика Сати, заканчивая мелодию и начиная снова, завершая причудливый витиеватый узор, восхваляя и выписывая бисером грусть, когда чувствуешь себя покинутым, но избранным, ведь ты уже практически научился обходиться без всех и стал единственным наблюдателем и слушателем музыки окружающего мира, – может быть, даже самым лучшим. Дождь успокаивал, в отличие от будоражащего солнца, столь редкого и неестественного в Петербурге, когда нужно соответствовать ярким краскам и неожиданному теплу, которого перестаёшь ждать и так и не успеваешь надеть новые лёгкие туфли и воздушный шёлковый сарафан, повесив нежный шёлк орнаментов в шкаф до следующего лета и на какое-то время забыв о нём. Солнечные блики обнаруживают излишнюю бледность лица и едва заметные фиолетовые тени под глазами, поэтому Лиза не любила яркого солнца, предпочитая дождь, особенно весной, с одинокими печальными вечерами, когда совсем не обязательно быть счастливым и никто от тебя этого не требует. Грусть гармонично и естественно вписывается в унылый пейзаж нахлынувших серых облаков низкого петербургского неба, когда даже такие слова, как «мне страшно одиноко», звучат совсем не страшно.
Это то, о чём она не может сказать друзьям, потому что друзьям нечего ей дать. Мы одиночки, мы мчимся на огоньки друг друга, а при встрече не знаем, что сказать. «Я знаю; ты знаешь; мне больно; тебе больно; тебе уже не больно? Мне пока не больно. Послушай, это то, о чём я не могу и не умею говорить вслух, а правда так проста».
Мне страшно одиноко. Как воздух, нужна любовь.
