Наряду с творческими достижениями в жизни литераторов Карачаево-Черкесии немало серьёзных трудностей, которые, вероятно, характерны и для других организаций Союза писателей. Кроме уже упомянутых проблем с переводами, это прежде всего совершенно недостаточные для публикации книг средства, которые выделяются из бюджета региона, вследствие чего тиражи ничтожно малы – порядка 2–3 десятков экземпляров. Но, кроме того, – полностью разрушенные межрегиональные связи писателей. В доперестроечную эпоху обмен писательскими делегациями, взаимные встречи, конференции были устоявшейся реальностью работы Союза писателей. Сегодня, к сожалению, всё это забыто. Хотелось, однако, чтобы лучшее из практики прошлых лет было восстановлено и вернулось в нашу жизнь.
Лейла Бекизова,
К вершине кургана поднялся джигит
Спецпроекты ЛГ / Литература / Многоязыкая лира России
Романенко Владимир
Теги: Многоязыкая лира России
Звёздный зонтик
Когда с вершин скользит в долины, вниз
Прохладный и прозрачный горный воздух,
Как прежде, собирает мой Архыз
Под синий зонтик облака и звёзды,
И шелест сосен, и дымки костров,
И звон гитарных струн, и звон стаканов…
Негромкое мычание коров,
Тепло дворов и аромат айрана…
…А Млечный Путь уже зовёт в зенит,
Сгибая ночь ажурной светлой аркой,
И тысячами звёзд на нас глядит,
Как древний бог – тысячеокий Аргус.
Далёкий свет давно прошедших лет
Из Мирозданья тихой песней льётся –
Печальный зов не найденных планет,
Иных миров. … Вдруг кто-то отзовется.
Но за горой, за рыжей сетью троп
На зов небес, как просто на работу,
Встал астроном, поднял свой телескоп –
Земной корабль для звёздного полета.
Отсюда, от начала всех дорог,
Как сотни лет от Ветхого Завета,
Он продолжает вечный диалог
Земных надежд и неземного света.
…Восток светлеет. Ветер – Волопас
Со стадом облаков уже не дремлет
И звёздный зонтик сам собой погас
И астроном сошёл с небес на землю.
Встаёт Архыз и, оставляя сны,
Опять спешит к делам с утра, с начала –
Кто пилит лес, кто жарит хычины,
Кто держит путь к высоким перевалам.
Облака
Тяжёлым зноем день накачан,
И душный воздух – как стена,
Суббота, полдень, все на дачах,
В посёлке пусто. Тишина.
По-голубиному воркует
Вдали негрозная гроза,
Соседский кот в траве мышкует,
Раскрыв сиамские глаза.
Над разогретыми горами
Над юной зеленью земли
Плывут прозрачными морями
Седые чудо-корабли,
Заходят в гавани, к причалам
Небесных белых городов,
Где встали башни величаво
Из алебастровых садов,
Где по неведомым законам,
Как из молочного стекла,
Отлиты стены и балконы,
С каймой из света купола,
Где щедро солнце колосится
Снопом играющих полос…
Сюда б навек переселиться
И жить средь ласточек и звёзд,
Здесь вьёт барокко ветер вешний,
И жизнь, наверно, так легка!..
Воздушных замков нет, конечно.
Но что такое – облака?
Бийчесын
Кольцо горизонта – скалистые горы,
Кольцо небосвода – звенящая синь.
Две тысячи метров над уровнем моря.
Пространство и время –
плато Бийчесын
Сверкает под солнцем вершиною мира
Седой Минги-тау* – Хранитель огня,
Из вечности в вечность шагают менгиры,
И время как будто минует меня.
И плещется горная степь под ногами,
Под ветром качает цветов буруны,
А в небе бегут облака табунами
И гонят по травам коней табуны.
Здесь просто не властно ничто человеку –
Ни камни, ни вёрсты, ни грохот копыт…
Но, словно из давности древнего века,
К вершине кургана поднялся джигит,
И замерли кони, и ветер драчливый
Пугливо прижался к шершавой скале.
И добрая память земли воскресила
Обычай живущих на этой земле:
Всегда у огня в небогатом жилище
Ждет гостя ночлег и желанный айран…
Мне крикнул наездник:
– Будь гостем, дружище!
А я ему с радостью: – Здравствуй, алан!
____________
* Минги-тау – одно из названий г. Эльбрус
Камни памяти
Стихла осень,
свернув густые дожди,
Сосны от раннего снега
светлы и легки.
И вырастают каменные сады
в старом и тихом русле
горной реки.
Тонкая плёнка воды
над песчаным дном,
спины камней среди
травы, веток и мха
в тёмном и светлом,
сером или цветном,
словно застыли слова
в строках стиха.
В этом старом русле –
совсем не тлен –
здесь и покой,
и в чём-то даже уют.
А может, это, покинув времени плен,
каменный сад отражает
память мою.
В ней, как в русле жизни –
светлые дни,
ярких, больших событий
и цвет, и стать.
Тёмных – меньше, но всё же
были они.
Только об этих лучше
не вспоминать…
Камни памяти
также встают со дна,
и неожиданно,
вдруг, в неурочный час –
чаще тогда, когда вокруг тишина,
и жизни теченье
не накрывает нас.
Но лишь ускоряет движенье
Времени Бог,
гонит капли минут
по порогам дней,
мы окунаемся в этот шальной поток…
И там всё больше
и больше –
разных камней.
Баллада о самоходной гаубице
Весенней распутицей, валкой походкой,
Урча в несозревшем апрельском тепле
По просеке вязкой ползла самоходка
С букетом берёзок в остывшем стволе.
Качалось над соснами лёгкое солнце,
