Андрей перевёл взгляд на минутную стрелку в круглых часах на стене. Она честно делала один шаг в секунду, не забегая вперёд и не притормаживая.
– …От живой музыки я всё же отказалась: диджей лучше – все так говорят. Была бы знаменитая группа… а так – ну на фиг. Диджей тебе чё хошь поставит.
Женщина в вязаном пальто и атласном шарфе, по-деловому закинув ногу на ногу, листала глянцевый журнал со столика рядом. В её ушах блестели украшения. Андрей не мог понять, зачем они ей здесь. Что она вообще здесь забыла? Он потряс головой. Что за глупые вопросы он себе задаёт?
– …Церковь твоей мамы мне понравилась. Она мне предложила стать прихожанкой – и я согласилась. Хотя для венчания это не обязательно было…
Бледная девушка вышла из двухстворчатой двери и пошла к выходу под пристальным вниманием сидящих в приёмной. У них там что, конвейер, подумал Андрей, и от этой мысли чуть не закружилась голова.
– Ты в порядке?
– Да. – Он рассеянно кивнул.
– Точно?
– Просто волнуюсь за тебя.
Несколько девушек с интересом поглядели на него.
– Всё будет в порядке, – сказала Лиза, взяв его за руку. – Сейчас все это делают. Почти как зуб выдернуть.
– Да-да…
Прекрати, пожалуйста, переживать, – попросила она, – или я тоже начну. – Она постаралась сказать это с улыбкой, и у неё получилось, только голос немного подвёл. Андрей подобрался.
– Ты права, извини.
Он всегда чувствовал, когда краснеет, и вот впервые почувствовал, как, наоборот, – побледнел.
Они замолчали и стали ждать своей очереди. Андрей увидел сомнение в её глазах.
– Мы можем уйти, – сказал он.
Лиза с благодарностью на него посмотрела, и сомнение растворилось.
Её позвали.
– Ты ведь не отменишь свадьбу после этого, да? – спросила она, выдавливая улыбку.
– Не думай о таком. Думай о том, как мы пойдём в кино после этого.
Они встали, он обнял её, и Лиза, придерживая живот, хоть он и не был большим, пошла к двустворчатой двери.
– Напиши, как всё пройдёт, – сказал Андрей ей вслед. Она обернулась. – Я буду тут, – пообещал он.
Лиза кивнула. Девушки и женщины, не таясь, с любопытством наблюдали за этой сценой.
Андрей сел.
Часы на стене продолжали исправно работать.
Пришло эсэмэс от друга. Пока не стал отвечать. Встал, походил и снова сел. Поглядел на выход. Снаружи стояла настоящая холодная зима. Кажется, солнце ещё никогда не светило так ярко. Золотые квадраты на полу под окнами походили на проходы в Рай. Хотелось бросить всё и выбежать на улицу, на свежий кристально чистый воздух.
Андрей заставил себя остаться на месте.
Он посмотрел на листок со списком таблеток, какие нужно будет принимать Лизе. Почерк был некрасивым и незнакомым.
Зашёл в интернет и стал читать рассказы девушек, которые прошли через подобное. Рассказы парней он не нашёл.
Завибрировал телефон, Андрей похолодел. Эсэмэс было от Лизы. Всё было сделано. Уже. Она в порядке.
Андрей выключил экран, не веря, что всё позади. А казалось, что это только начало. Он на несколько секунд откинулся на стуле, затем встал и поглядел на двухстворчатые двери. Второе эсэмэс от Лизы: «Ты ещё тут? Уже выхожу…»
Андрей оставил список на столике с журналами и, не оборачиваясь, поспешил к выходу.
С медным привкусом солнцаВыпуск 8
Спецпроекты ЛГ / Литературный резерв / Лицей
Теги: Алина Павлова , премия , "Лицей" , поэзия
Алина Павлова
«ЛГ»-ДОСЬЕ
Родилась в 1982 г. в Санкт-Петербурге. Окончила филологический факультет педагогического университета имени Герцена. Преподаёт английский и немецкий языки, работает переводчиком. Стихи сочиняет с пяти лет. Ещё в детстве Алина пришла в литературный клуб «Дерзание», среди выпускников которого Александр Городницкий, Лев Лурье, Виктор Топоров, Игорь Масленников. Сегодня у Алины Павловой есть несколько поэтических сборников, существующих пока лишь в рукописном варианте. Финалист премии «Лицей»–2017.
Слонце
Слон пьёт только чистую воду.
Ни чистой, ни мутной. Томится
Взращённый в мозаике мамонт.
Мозаика, муза, музЫка.
Я тоже умею разбиться,
Я тоже умею собраться,
Я тоже умею застыть.
Слон ищет протяжного ветра,
И Нила волос бирюзовых,
Причёсанных ржавым закатом.
Он хочет проплыть в колыбели
До самых младенческих складок,
Предвестников первой улыбки,
Он хочет доплыть до рассвета,
Где предки слонов распевали,
Где предки китов танцевали,
Где предки бамбука росли.
В троллейбусе номер тринадцать,
На старом сиденье, пропахшем
Кондуктором, молью и пылью,
Дождём, отсыревшим, как творог,
Газетой, травой, гуталином,
Компостерские привиденья
Снуют и грустят, и витают,
