Ведущая перед тем, как представить Васильева, сказала дословно: «ХХ век был по праву веком великих балерин. Мужчин было меньше: Нижинский, Барышников, Нуреев, в этом ряду и имя моего сегодняшнего гостя». Позволю себе не согласиться. И дело даже не в том, что здесь опущены имена других величайших танцоров ХХ века, а в том, что именно в ХХ веке балет резко развернулся в сторону танцовщиков. Под них ставились спектакли, мужской танец перестал быть лишь фоном для женской партии, он впервые обрёл самостоятельность. Но разговор на эту тему требует отдельной передачи...
Владимир Васильев – личность разносторонне одарённая, к тому же он прекрасный рассказчик. Ему абсолютно чуждо высокомерие, которым так часто грешат медийные фигуры. Рассказывая о себе, он говорит честно, иногда критикуя себя, но от этого беседа с ним только выигрывает. Так, рассказывая о том, как он танцевал с Улановой «Шопениану», Васильев признаётся, что в то время классику не любил, она ему не давалась, и вообще он думал, что это будет грандиозный провал: «Я плохо танцевал…» И тем невероятнее было для него, что именно после этого спектакля Юрий Григорович пригласил его в Большой театр. В связи с этим, конечно же, зашёл разговор о балете «Спартак», в котором Васильев танцевал партию Спартака.
Интересно, что речь шла не о том, как ему удавались сложнейшие элементы танца, а о философии «добра во зле», долгих, мучительных размышлениях о монологах и о том, как их можно выразить в танце.
Вспоминал Васильев и о своей жене – чудесной балерине Екатерине Максимовой, с которой вместе учился и танцевал первые постановки, а затем и ставил балеты с её участием. Говорил о сложных взаимоотношениях музыки и жеста, о том, каким образом музыкальная фраза обретает пластическую форму. Отвечая на вопросы зрителей, Васильев рассказал и о другом своём увлечении – рисовании. На его счёту уже более десяти художественных выставок.
Васильев вспоминал о своих прежних постановках – «Икар», «Красный мак», «Анюта» – и рассказал о новом проекте. Уникальном, грандиозном спектакле, где, кроме оркестра и кордебалета, участвует ещё и хор – «Даруй нам мир» на музыку мессы си минор Баха. И, судя по первым отзывам, спектакль уже стал явлением в театральном мире.
Ирина Садовская
Ах, как хочется историю переписать
Политика / Настоящее прошлое / Возвращение к теме
Стела погибшим итальянцам, против установления которой никто не возражает
Теги: Россошь , Великая отечественная , памятник , общество , политика
Простить, наверное, надо, но можно ли забыть?
Почти четверть века в центре Россоши стоит памятник жертвам Второй мировой войны, украшенный пятнадцать лет назад скульптурной композицией в виде головного убора итальянских альпийских стрелков. И все эти годы идут споры о том, нужен ли оккупированному во время войны немецкими и итальянскими войсками городу монумент, посвящённый не столько жертвам, сколько, по сути, потерпевшим неудачу захватчикам. Об отношении жителей Россоши к символу альпийских стрелков – шляпе с пером горного орла – в нашей газете рассказала Галина Ткаченко в статье «Покаяние или реваншизм?» («ЛГ», № 32–33), сегодня публикуем отклики на неё.
Итальянская «Улыбка»
С большим волнением и удовлетворением прочитал статью «Покаяние или реваншизм». Мой дед брал Варшаву и на Рейхстаге расписался, а я сам живу в 85 километрах от Россоши, и эта тема эта для меня и моей семьи очень значима.
То, что в Ровеньках Белгородской области стояли итальянские воинские части, было известно мне ещё из бабушкиных рассказов. Она говорила, что в Германию её отправляли именно итальянцы. Ей было тогда 15 лет и удалось убежать. По многочисленным воспоминаниям очевидцев, итальянцы были лучше немцев, румын, венгров или финнов, поскольку часто меняли, например, вещи на продукты, а не просто отбирали. Сравнение, конечно, невесёлое – какие оккупанты добрее…
Первый в России памятник погибшим итальянцам – стела – открыт 23 августа 1990 года на городском кладбище города Россошь. А уже в 1993 году итальянцы построили детский садик «Улыбка» именно на бывшем месте штаба их альпийского корпуса. Здесь же расположился краеведческий музей, где один из двух исторических залов полностью отдан фашистским оккупантам.
