Не скажу, что на шармачка, но мне от жизни неожиданно перепало 200 тысяч рублей – выражаться культурно меня обязывает теперь новый статус – писателя, к которому я так и не привык. Да и о каком писательстве может идти речь у, так сказать, нежданно-негаданно, даже для себя, вломившегося в литературное сообщество. У меня и по русскому-то языку в старших классах средняя оценка была между тройкой и четвёрткой, хотя начальную школу вообще-то окончил круглым отличником. Но поскольку эго моё, словно радужный мыльный пузырь, распирает новость краевого масштаба, оставим былое...
Вячеслав Климов
Литературная премия
Не скажу, что на шармачка, но мне от жизни неожиданно перепало 200 тысяч рублей – выражаться культурно меня обязывает теперь новый статус – писателя, к которому я так и не привык. Да и о каком писательстве может идти речь у, так сказать, нежданно-негаданно, даже для себя, вломившегося в литературное сообщество. У меня и по русскому-то языку в старших классах средняя оценка была между тройкой и четвёрткой, хотя начальную школу вообще-то окончил круглым отличником. Но поскольку эго моё, словно радужный мыльный пузырь, распирает новость краевого масштаба, оставим былое.
...Звание лауреата Губернаторской премии присвоили за автобиографическую повесть «Сон весёлого солдата». Ласкающее слух известие, приподнимая и без того торжественное настроение, настигло меня в подмосковных Химках в штабе общественной организации «Боевое Братство». Туда мы прибыли из Ставрополя с моим давнишним другом Саней Андреевым на празднование 30-летней годовщины вывода советских войск из Афганистана.
В связи с плохой погодой в Москве вылет из Минеральных Вод задержали, однако в Шереметьево нас все равно встретил Виктор, Санин командир, действующий офицер ГРУ, по этой самой причине не позволивший назвать свое ФИО. Вроде как мы и не очень опаздывали, но по вине снегопада и автомобильных пробок все же не успели на автобус с ребятами, прибывшими на наше мероприятие со всей России. Устроившись втроем в безлюдной кафешке, мы ждали дополнительного транспорта, пили зелёный чай и, конечно, вспоминали, вспоминали землю Афганскую. Тогда и раздался звонок на Санькин телефон – мой говорящий айфон умер по причине разряженного аккумулятора. Разведка из Ставрополя докладывала: писательская комиссия единогласно одобрила мою повесть как заслуживающую Премии губернатора.
Вскоре, минут через сорок, мы ехали в полупустом комфортабельном автобусе по направлению к Звенигороду – там предполагалось место нашей дислокации. Подсоединив свой телефон с помощью шнура к разъёму USB, предусмотрительно расположенному в спинке переднего сиденья, сразу отзвонился домой. Очень мне хотелось оживить новостью тихое домашнее болото, и, к моему удовольствию, это удалось. В трубке в ответ на сообщение прозвучало дружное девчачье «Ураааа!». В тот момент жена Елена и доченька Настя, сидя за кухонным столом, распивали чай с вкусняшками и смотрели по ноутбуку сериал «Сваты». Причина таких домашних посиделок была банальна и до соплей обидна. Анастасия, съездив на студенческих каникулах в гости к подружке, подцепила там ветрянку. Сия болезнь, обычно протекающая в раннем возрасте, доставляет массу серьёзных проблем не переболевшим в детстве.
Девчачья радость же по поводу премии была понятна. Во-первых, мы все переживали за судьбу книги, а во-вторых, в случае победы, на премиальные им было обещано каждой по дублёнке.
Пожелав своим девочкам спокойной ночи, откинул спинку кресла и наконец-то расслабился. Убаюкиваемый монотонным автобусным гулом и теплом пуховика, вскоре уснул.
...Празднование 30-летия проходило организованно и дружно. Первый день – ознакомительно-координационный. На второй – автоколонной из нескольких десятков автобусов двинулись на Москву. Дисциплинированно и чётко, под звуки духового оркестра, полуторатысячной колонной прошагали по городским улицам к парку Победы. На Поклонной горе, у памятника Воину-интернационалисту, – короткий митинг и возложение цветов. Звуки военного марша, развевающиеся красные знамёна, честно заработанные боевые ордена и медали на свежепошитых формах, по цвету и фасону схожих с теми, в которых мы воевали в Афганистане, – всё в большой степени походило на демонстрацию силы, что, в общем-то, неудивительно для военных. Нам хотелось показать себя во всей красе, в том числе и высокому начальству. А еще нам хотелось продемонстрировать, что прибывшие в сердце России солдаты и офицеры, сполна вкусившие горький опыт войны и беспредел перестройки, в глубине души против революций и войн. В этом родное государство на нас может положиться. Однако, если что... Мы всегда готовы... Как говорится, раздражённого не раздражай...
Но, как это ни печально, за высокими кремлёвскими стенами высокое начальство отсутствовало. Несмотря на выходные дни, оно трудилось где-то вне нашей видимости и съезда афганцев не посетило.
...Ну да ладно, вернёмся к приятной новости – премии. Хоть меркантильность – не самое лучшее человеческое качество, и желание жить ради себя любимого не красит гомо сапиенса, и всё же... Приятна оценка твоего творчества и в денежном эквиваленте!
Месяц спустя после возвращения из Москвы позвонили из министерства культуры и попросили срочно принести пакет документов, а ко Дню работников культуры, 24-го марта, пообещали премию вручить. Сей праздник, ранее остававшийся нами незамеченным, теперь навсегда запал в мою память. Мы послушно прибыли в назначенное время в соответствующий кабинет здания на улице Булкина.
