1
У Вяземского была квартира окнами на Тверской бульвар. Пушкин очень любил ходить к нему в гости. Придет — стазу прыг на подоконник, свесится из окна и смотрит. Чай ему тоже туда, на окно подавали. Иной раз там и заночует. Ему даже матрас купили специальный, только он его не признавал. «К чему, — говорил, — такие роскоши!» И спихнет матрас с подоконника. А потом всю ночь вертится, спать не дает.
2
Однажды Гоголь переоделся Пушкиным, пришел к Пушкину и позвонил. Пушкин открыл ему и кричит: «Смотри-ка, Арина Родионовна, Я пришел!»
3
Лермонтов хотел жену у Пушкина увезти. На Кавказ. Все смотрел на нее из-за колонны, смотрел… Вдруг устыдился своих желаний. «Пушкин, думает, — зеркало русской революции, а я — свинья». Пошел, встал перед ним на колени и говорит: «Пушкин, — говорит, — где твой кинжал? Вот грудь моя!»
Пушкин очень смеялся!
4
Однажды Пушкин стрелялся с Гоголем.
Пушкин говорит: «Стреляй первый ты.» «Как ты? Нет, я!» «Ах, я? Нет, ты!»
Так и не стали стреляться.
5
Достоевский пошел в гости к Гоголю. Позвонил. Ему открыли. «Что вы, — говорят, — Федор Михайлович, Николай Васильевич уж лет пятьдесят как умер».
«Ну и что же, — подумал Достоевский, царство ему небесное, — я ведь тоже когда-нибудь умру».
6
Лев Толстой жил на площади Пушкина, а Герцен у Никитских ворот. Обоим по литературным делам часто приходилось бывать на Тверском бульваре. И уж если встретятся — беда: погонится Толстой и хоть раз да врежет костылем по башке. А бывало и так, что впятером оттаскивали, а Герцена из фонтана водой в себя приводили.
Вот почему Пушкин к Вяземскому-то в гости ходил, на окошке сидел. Так этот дом потом и назывался — дом Герцена.
7
Лермонтов очень любил собак. Еще он любил Наталью Николаевну Пушкину. Только больше всего он любил самого Пушкина. Читал его стихи и всегда плакал. Поплачет, а потом вытащит саблю и давай рубить подушки.
Тут и самая любимая собака не попадайся под руку — штук сорок как-то зарубил. А Пушкин ни от каких стихов не плакал. Ни за что.
8
Однажды Гоголь переоделся Пушкиным, сверху нацепил львиную шкуру и поехал в маскарад. Ф.М. Достоевский, царство ему небесное, увидел его и кричит: «Спорим, это Лев Толстой! Спорим, это Лев Толстой!»
9
Лермонтов был влюблен в Наталью Николаевну Пушкину, но ни разу с ней не разговаривал. Однажды он вывел своих собак погулять на Тверской бульвар. Ну, они, натурально, визжат, кусают его, всего испачкали. А тут — навстречу она с сестрой Александриной. «Посмотри, — говорит, ма шер, охота некоторым жизнь себе осложнять. Лучше уж детей держать побольше!»
Лермонтов аж плюнул про себя. «Ну и дура, — думает, — мне такую даром не надо!» С тех пор не мечтал больше увезти ее на Кавказ.
10
Однажды Пушкин написал письмо Рабиндранату Тагору. «Дорогой далекий друг, — писал он, — я Вас не знаю и Вы меня не знаете. Очень хотелось бы познакомиться. Всего хорошего. Саша.»
Когда письмо принесли, Тагор предался самосозерцанию. Так погрузился, хоть режь его. Жена толкала-толкала, письмо подсовывала — не видит. Он, правда, по-русски читать не умел. Так и не познакомились.
11
Однажды Ф. М. Достоевскому, царство ему небесное, исполнилось 150 лет. Он очень обрадовался и устроил день рождения. Пришли к нему все писатели, только почему-то наголо обритые. У одного Гоголя усы нарисованы.
Ну, хорошо. Выпили, закусили, поздравили новорожденного, царство ему небесное. Сели играть в винт. Сдал Лев Толстой — у каждого по пять тузов. Что за черт! Так не бывает! «Сдай-ка, брат Пушкин, лучше ты!». «Я, — говорит, — пожалуйста, сдам!» И сдал. Всем по шесть тузов и по две пиковые дамы. Ну и дела. «Сдай-ка ты, брат Гоголь». Гоголь сдал… Ну, и знаете… Даже нехорошо сказать. Как-то получилось…
Нет, право слово, лучше не надо!
12
Однажды Ф.М.Достоевский, царство ему небесное, сидел у окна и курил. Докурил и выбросил окурок из окна. Под окном у него была керосиновая лавка, и окурок угодил как раз в бидон с керосином. Пламя, конечно, столбом. В одну ночь пол-Петербурга сгорело. Ну, посадили его, конечно. Отсидел, вышел. Идет в первый же день по Петербургу, навстречу — Петрашевский. Ничего ему не сказал, только пожал руку и в глаза посмотрел со значением.
13
Снится однажды Герцену сон. Будто эмигрировал он в Лондон, и живется ему очень хорошо. Купил он будто собаку бульдожьей английской породы. До того злющий пес — сил нет, кого увидит, на того бросается. И уж если достигнет, вцепится мертвой хваткой — все, можешь бежать заказывать панихиду. И вдруг будто он уже не в Лондоне, а в Москве: идет по Тверскому бульвару, чудовище свое на поводке держит, а навстречу Лев Толстой… И надо же, тут на самом интересном месте пришли декабристы и разбудили.
14
Однажды у Достоевского засорилась ноздря. Стал продувать — лопнула перепонка в ухе. Заткнул пробкой — оказалась велика, череп треснул. Связал веревочкой — смотрит, рот не раскрывается. Тут он проснулся в недоумении, царство ему небесное.
15
