Через два дня он внимательно осмотрел мужа мадам Штерн. Даже его познаний хватило, чтобы мгновенно определить: геморрой здесь совсем ни при чем. Рак простаты, выраженный и запущенный.
Пока пациент одевался, Василий Андреевич задумчиво покачивал золотым пером «Паркер» над бланком, понимая, что писать, собственно, нечего. Через месяц-другой начнутся дикие боли, он, бедный, станет исходить криком все ночи напролет и дни прихватывать, а она… Бедная баба.
– Вы мужественный человек? – положил ручку, встал. – Я не совсем врач, но меня чему-то учили… Так вот, вы способны выслушать нечто весьма неприятное?
Гость пожевал губами, застегнул «молнию» на брюках, проверил на ощупь узел на галстуке – делал все это, не отводя глаз от хмурого лица аптекаря.
– Говорите, – сказал, пожав плечами – в знак того, что понимает все.
– У вас запущенный рак простаты. Неоперабельный, я думаю. Специалист скажет точнее, но вам осталось… Два-три месяца.
– Специалист? – повторил Штерн презрительно. – У специалистов кишка тонка, я знаю! Или Инесса не велела им говорить правду? Впрочем, это одно и то же. Я должен сделать распоряжения?
– Да. Следует, видимо, окончательно сформулировать текст завещания, встретиться – если есть желание – с теми, кто далеко.
– Я понял, – протянул руку. – Вы мне очень понравились, господин Абашидзе. Я полагал, что очередной всплеск моей супруги – привычная чепуха. Нет. Вы весьма достойный господин. Инесса сказала, что вас поразил ее рассказ о великом князе из России?
– В самом деле, она рассказала вам? Это даже трогательно… Я благодарен вашей супруге. Невероятный рассказ!
– Вы еще не все знаете. Завтра, в полдень, мы ждем вас на ланч. Если вам, конечно, удобно.
– О, вы меня очень обяжете.
– Так вот, вас ожидает действительно потрясающий рассказ о наследстве русской династии. Я доставлю вам удовольствие, можете не сомневаться. – Протянул визитную карточку, улыбнулся. – Мы будем рады.
…Когда двери закрылись, полковник долго ходил из угла в угол, похрустывая пальцами. Везение? Удача? Совпадение? Невероятно, но похоже было, что «попал в случай» – как это, должно быть, называли далекие предки, некогда бежавшие от большевиков. Сейчас он готов был поверить, что они и в самом деле его предки. Других не существовало никогда…
Прыгающая трель телефона вырвала из сна, протянул руку, но промазал и свалил аппарат на пол. Чертыхаясь, подобрал трубку.
– Это ты? – послышалось. – «Без тебя ле-ететь с о-одним крыло-ом…» – безбожно коверкая слова, пропела по-русски. – Я взяла словарь и перевела. Восторг! Русский язык бездонно удивителен…
– Кло? – едва сдержал готовую прорваться зевоту. Бедная девочка, она явно в трансе, но ведь теперь… взглянул на часы. – Кло, дорогая, сейчас восемь утра!
– Днем и ночью… – почти басом пропела она.
– Кло… – Это уже было странным. – Послушай, откуда ты знаешь всю эту советскую ахинею?
– Догадайся! – засмеялась. – Дурачок, я включила приемник и поймала твою бывшую столицу!
– Моя бывшая столица – Санкт-Петербург! – нашелся и, уже довольный собой, продолжал: – Почему ты не спела мне… «Не покидай, я умоляю, побудь еще хоть час со мною, я так люблю, я так страдаю, и снова полон я тобой, о, как тяжел миг расставания, скажи, к чему разлука нам…» – Голос у него был красивый, сочный – это все знакомые отмечали, и Кло мгновенно оценила:
– Дорогой, ты поешь лучше Азнавура! Какая дивная мелодия! А слова? Я чувствую в них небытие…
– Я переведу… – Девочка склонна к экзальтации. Что ж, в данном случае это достоинство. – Вот, вникай… – И, с трудом подбирая нужные слова, проговорил: – Ты не должна уходить, я стою на коленях и плачу от любви, так грустно расставаться, да и зачем нам это делать?
– Великолепно! Ты никогда не пробовал предлагать свои переводы?
– О нет… Ты хочешь мне сказать, что…
– Что я только что выползла из ванной, и ты через десять минут должен быть у меня!
Собрался мгновенно. Как прекрасна жизнь, однако – такой напор был бы уместен еще пять лет назад. Сегодня же… Конечно, до печальной ситуации месье Штерна ему еще далеко, но все же, все же… Слишком уж бурно: из постели – на стол, со стола – в постель…
…Позвонил, открыла мгновенно и повисла на шее, традиционно дрыгая ногами. На ней был розовый прозрачный пеньюар, случайно или специально он облегал ее тело, придавая ему странный, неземной цвет.
– Я так соскучилась по твоим волосатым, сильным рукам! – пропела в ухо. – Ты – гризли! Давай потискай меня немножко!
Он исполнил и даже переусердствовал, потому что Кло вскрикнула и толкнула его в грудь:
– Милый, ты несомненно гризли, да ведь я не медведица… Иди за мной.
В комнате приказала лечь на диван, на спину (это подчеркнула) и провела средним пальцем по обеим его щекам. Безошибочный прием, он мгновенно забыл обо всех своих недомоганиях.
– Я разденусь… – привстал с дивана. Кло довольно резко толкнула ладонью в грудь.
– Для того что мы сейчас будем делать, это не нужно… – Ее опытные пальцы нащупали «молнию» на его брюках и мгновенно открыли доступ к достоинству. – В прошлый раз я обратила внимание, что ты не носишь белье…
