А теперь я хочу продолжить разговор о помощи советскому сельскому хозяйству. Газеты Соединенных Штатов написали сегодня о том, что сельскохозяйственные задачи, выдвинутые семилетним планом, признаны Советским правительством недосягаемыми (?) и что они снижены (?!).
Предположительно такие сведения поступили от продовольственной и сельскохозяйственной организации при ООН. Я полагаю, что эти сведения о сокращении задач, по всей вероятности, неточны. Во всяком случае, я уверен, что задачи, выдвинутые семилетним планом, недостаточно только осуществить, их необходимо перевыполнить. Если мы достигнем существенного сокращения вооружения, я уверен, что их можно будет в значительной степени перевыполнить, и я уверяю Вас, что окажу возможную помощь для значительного перевыполнения этих задач».
…Путешествие по землям «королевы полей», по солнечному кукурузному штату Айова, подходило к концу. В стремительном, бодром темпе, как все, что он делает, Н. С. Хрущев объехал плоские, похожие на шахматные доски поля сельскохозяйственных ферм в окрестностях Де-Мойна. Ничто не ускользнуло от его зоркого взгляда. Никита Сергеевич переходил от объекта к объекту, сопровождая обход одобрительными или критическими замечаниями. Он показал такую эрудицию и живость ориентировки в столь различных и столь многих областях сельского хозяйства, что, по выражению одного из журналистов, походил на шахматиста, побеждающего сразу на нескольких досках.
Советские люди знают Никиту Сергеевича как крупнейшего знатока сельского хозяйства. Но американские корреспонденты признавались нам впоследствии, что впервые видят Н. С. Хрущева в этом новом для них качестве: до сих пор он представал в их глазах как знаток политических, социальных, экономических, международных вопросов, а сейчас он выступает как тончайший специалист сельскохозяйственного производства, оперирующий конкретными, мало известными за границей данными научных экспериментов, результатами колхозной практики, цифрами, которые не знают на память даже профессора.
Да, таковы наши советские руководители; знание общих законов, управляющих миром, управляющих обществом, они сочетают с глубоким знанием конкретного производства, с тончайшим пониманием сокровенных процессов, управляющих ростом зеленого листа. Коммунизм— это наука, без науки коммунизма не построишь.
Две различные системы сельскохозяйственного производства, соревнующиеся между собой, обменялись опытом во владениях «королевы полей». И этому искренне радовались как американские фермеры, так и советские люди, видя в этом ценный вклад в дело мира и крепнущей дружбы между советским и американским народами.
После осмотра ферм Росуэлла Гарста вереница автомашин с советскими гостями направилась в маленький городок Эймс. Здесь находится один из старейших университетов Соединенных Штатов Америки. Он основан свыше ста лет назад и поначалу именовался «Айовский сельскохозяйственный колледж и образцовая ферма». Однако по мере развития науки и образования Айовский колледж постепенно расширялся, и сейчас он стал Университетом естественных и технических наук штата Айова.
Когда машины приближались к Эймсу, один из американских журналистов пробормотал:
— Студенты — это молодая Америка, я уверен, что они по-иному встретят господина Хрущева.
В эти туманные слова американский корреспондент вкладывал, как потом оказалось, недобрый смысл. Возможно, он располагал какой-то информацией о ведущейся среди студентов подготовке и рассчитывал, что молодые американцы встретят советских гостей холодно, а, возможно, и враждебно.
Но едва машины въехали на улицы утопающего в зелени и обычно тихого Эймса, как в глаза бросился огромный шестиметровый плакат, на котором русскими буквами было написано: «Председатель Хрущев! Благослови Вас бог и спасибо Вам за Вашу пропозицию по разоружению!» В центре города висел другой плакат: «Давайте вместе делать мир!»
Городок кипел молодостью, весельем, дружелюбием. Все, что есть живого и мыслящего в этом старинном городке, собралось близ университета, чтобы со всем пылом юных сердец приветствовать дорогого гостя. Полицейские работали локтями и плечами, стараясь расчистить путь машинам. И чей-то звонкий девичий голос дерзко отчитывал какого-то полицейского чиновника:
— Вы не охраняйте Премьера Хрущева от нас, а нас не охраняйте от Хрущева! Американцы в этом не нуждаются, господин полисмен!
Машина Н. С. Хрущева шла по городу со скоростью около десяти километров в час. Овации сменялись возгласами «Уэлком!». Ничего подобного Эймс не видел никогда.
На лице американского журналиста отразились досада и недоумение. Тогда-то мы и смогли догадаться, на чем основывались его пессимистические «прогнозы».
