Размах забастовочного движения. Забастовка металлургов в Соединенных Штатах была крупнейшей, но не единственной в этом году. По официальным данным, опубликованным министерством труда, за первые восемь месяцев 1959 года в Соединенных Штатах произошло 2825 забастовок, и охватили они 1670 тысяч человек. Рекордная цифра за последние четыре года! Это значит, что не только в металлургической, но и в других отраслях промышленности выступления рабочих в защиту своих жизненных прав, за повышение заработной платы приобретают ныне все более широкий размах.
Уж не эти ли факты имел в виду г-н Лодж, когда утверждал, будто США — страна «равных возможностей для всех граждан», будто она существует для блага всех граждан?
Американская пресса отмечала, что это уже шестая по счету забастовка в американской металлургической промышленности с момента окончания второй мировой войны. Вот тебе и «экономический гуманизм»! Нет, это не гуманизм, а кровь и слезы, страдания, ожесточенная борьба трудящихся за кусок хлеба.
Что бы там ни говорили американские экономисты, как бы ни пытались они приуменьшить значение борьбы, которая развернулась в сталелитейной промышленности, ясно одно — эта борьба выходит далеко за рамки одной отрасли промышленности.
Ветеран американского рабочего движения, его выдающийся лидер У. Фостер, руководивший героической забастовкой металлургов Питтсбурга в 1919 году, так охарактеризовал значение нынешней забастовки:
«Полмиллиона сталелитейщиков на улицах, они без работы; боссы фактически закрыли перед ними магазины с тем, чтобы при помощи голода заставить рабочих подчиниться…
Предприниматели используют свои старые трюки, вынуждая рабочих подчиниться их воле—предоставить миллиарды долларов прибылей владельцам на том только основании, что они являются собственниками предприятий. Рабочие должны платить эти огромные суммы за привилегию работать на заводах сталелитейной промышленности. И если когда-то рабочие пытаются сказать свое слово, к примеру, по поводу оплаты или продолжительности рабочего дня, владельцы сталелитейных заводов стараются силой заставить их подчиниться, что мы и наблюдаем в данное время…
Сталелитейщики имеют длинный и почетный список своего участия в рабочем движении… Начиная с героической забастовки 1919 года до нынешнего дня, эти исторические битвы многому научили нас. Они научили нас, как победить и в нынешней борьбе. И, подчеркивая все уроки предшествующих забастовок, нужно сказать, что основой всего является солидарность рабочих».
Первые недели и месяцы забастовки металлургов всколыхнули рабочих Соединенных Штатов. То было время, когда миллионы американских рабочих начали сознавать великую силу пролетарской солидарности.
Преднамеренное и жестокое наступление монополий на рабочий класс разоблачало всю вздорность болтовни профсоюзных боссов типа Мини, Рейтера и им подобных о «классовом сотрудничестве и взаимном доверии рабочих и предпринимателей». Действительность показала, что линия на «классовое сотрудничество» с монополистическим капиталом ведет на деле к новым уступкам капиталу, к новому наступлению капиталистов на жизненные права рабочих.
В крайне тяжелое положение ставит рабочий класс Америки принятый конгрессом США в 1947 году реакционный закон Тафта — Хартли, дающий право правительству принудительно прерывать забастовки.
Вот что об этом говорят сами рабочие.
Участник забастовки металлургов каменщик Норман Осборн, отец троих детей, девять лет работающий на заводе «Джонс энд Лафлин» в Питтсбурге, заявил: «Применение закона Тафта — Хартли не сулит нам ничего хорошего. Все мы хотим вернуться на работу, но только если будет соглашение, которое не лишит нас ни одного из наших прав… Я хочу только получить по договору те же права, какие имел до забастовки, и я полагаю, что другие рабочие думают так же».
Другой участник забастовки с того же завода, Майкл Катаник, имеющий тридцатилетний стаж работы в металлургической промышленности, еще более резко выразил эту мысль: «Преступление, что предприниматели до сих пор не пошли на соглашение. Я до сих пор был с профсоюзом и буду с ним и впредь».
Корреспондент агентства Ассошиэйтед Пресс писал, что металлурги Питтсбурга, Чикаго, Кливленда и других центров металлургической промышленности «почти все до одного заявляют, что они против закона Тафта — Хартли». Уолтер Галинский (из Гейри) заявил: «Закон Тафта — Хартли — это зло, он заставит рабочих вернуться на работу только на 80 дней. Если три месяца переговоров не привели к заключению договора, то этого не будет и через 80 дней». В печати сообщалось из Питтсбурга: «Некоторые металлурги заявили, что в случае применения закона Тафта — Хартли, они пойдут на завод с черными нарукавными повязками в знак траура по свободе».
Вопреки воле профсоюзных боссов из АФТ—КПП, проповедующих «классовое сотрудничество с капиталом», в рабочих массах крепла решимость отстаивать свои жизненные права в борьбе с натиском монополий.
