— Мог бы сделать одно только замечание, — говорит Н. С. Хрущев, отвечая на вопрос У. Пауэлла, — по поводу того, что американцы, по-видимому, начинают утрачивать некоторые хорошие качества. Раньше, например, они были инициативными, вели широкую торговлю со всеми странами, в том числе и с Советским Союзом. Теперь же некоторые американские промышленники страшатся коммунизма, как черта, и боятся торговать с нами, хотя такая торговля была бы выгодна обеим странам. До войны мы с вами действительно хорошо торговали. Вы можете поехать на наши старые заводы и увидеть там марку своей фирмы на оборудовании. Но на новых заводах Вы увидите только советское оборудование. Кстати сказать, оно лучше того, которое мы покупали у вас до войны, и это естественно — техника не стоит на месте.
Мы благодарим Вас за оборудование, поставленное вами в нашу страну во время второй мировой войны, — продолжает Н. С. Хрущев. — Советский народ заплатил за эту помощь самой дорогой ценой — кровью своих солдат. Но не будем заниматься подобной бухгалтерией, важно, что народы наших стран вместе сражались с фашизмом и сломали ему шею. Давайте же теперь отдадим свои усилия в борьбе за мир, за укрепление нашей дружбы.
Никита Сергеевич приглашает хозяев завода посетить Советский Союз, посмотреть наши заводы. — Мы ответим вам нашим традиционным гостеприимством за ваше гостеприимство, — говорит он. — Приезжайте, и вы сами увидите, как быстро развивается наша промышленность. Советский народ занят мирным строительством. Нам нужен мир.
Затем хозяева фирмы приглашают Н. С. Хрущева осмотреть предприятие. В механическом цехе, огромный корпус которого находится неподалеку от административного здания, собрались сотни рабочих. Они тепло приветствовали главу Советского правительства. Правда, в первые несколько минут эти приветствия выражались довольно сдержанно. Наличие большого количества полицейских, а также технического персонала, строго наблюдавших за порядком, видимо, влияло на настроение рабочих. Но чем дальше продвигались по цеху Н. С. Хрущев и сопровождавшие его лица, тем теснее смыкались вокруг них быстро растущие группы рабочих. Все хотели быть как можно ближе к Никите Сергеевичу и энергично начали оттеснять неотступно следовавшую за Н. С. Хрущевым группу корреспондентов. Те, в свою очередь, рвались вперед, чтобы быть поближе, чтобы слышать каждый вопрос, каждую реплику. Вот, вот могла возникнуть большая толчея. Выручила предприимчивость журналистов: они достали портативный радиоусилитель, репродуктор которого в несколько раз усиливал голоса беседующих, и теперь почти все могли слышать высказывания Н. С. Хрущева, будучи от него и на значительном расстоянии. Правда, для этого нужно было, чтобы микрофон все время мог улавливать буквально каждое слово
Никиты Сергеевича. И тут на помощь журналистам решил прийти Г. Лодж, который ни на шаг не отставал от Н. С. Хрущева. Он взял в свои руки микрофон и все время держал его, как говорится, в самом эпицентре событий. Корреспонденты с нескрываемым восторгом восприняли этот уважительный жест специального представителя Президента и были, видимо, готовы ответить ему услугой за услугу.
Н. С. Хрущев, Г. Лодж, хозяева фирмы идут по цеху от одного рабочего места к другому; то и дело Н. С. Хрущев обращается к приветствующим его рабочим со словами благодарности, пожеланиями успехов в жизни, с различными вопросами. То тут, то там завязываются краткие беседы. Со всех сторон слышатся слова: «Привет!», «Мир!», «Дружба!», протягиваются десятки рук для дружеского рукопожатия.
— Спасибо Вам, — говорят рабочие.
— Спасибо вам за сердечный прием, — отвечает Никита Сергеевич.
— Доброе утро, — произносит один рабочий по-русски, протягивая Никите Сергеевичу руку.
— Вы русский? — спрашивает Никита Сергеевич, пожимая ему руку.
— Нет, я американец, но во время последней войны я имел счастье встречаться с русскими.
Это говорит рабочий Кан Джекки. Он достал сигару, протягивает Н. С. Хрущеву и просит принять ее в качестве скромного подарка. Никита Сергеевич берет сигару, благодарит и в ответ дарит рабочему свои ручные часы и значок с изображением советской ракеты, достигшей Луны. Кан Джекки горячо благодарит Никиту Сергеевича за этот подарок. Еще мгновение, и он оказывается окруженным товарищами по работе: всем хочется посмотреть советские часы марки «Звезда» и значок с изображением Лунника — памятный подарок главы Советского правительства американскому рабочему.
— На заводе, — заявил позднее представителям печати Кан Джекки, — все подходят ко мне, чтобы посмотреть часы. Я думаю, что сберегу их для моего сына Уильяма, которому 11 лет, а пока буду носить их сам. Я ношу их уже сейчас. Такое бывает только раз в жизни человека. Мне трудно поверить, что это правда!
Гости идут дальше по цеху. Неожиданная остановка. Внимание Н. С. Хрущева привлекла устаревшая ленточная пила.
