Как обычно, перед Никитой Сергеевичем нет никаких бумажек. Свои речи он до мельчайших подробностей продумывает заранее, очень тщательно готовясь к ним. И вот сейчас он диктует фразу за фразой, взвешивая и отчеканивая их. Эти мысли, положения родились в его голове уже давно. Сейчас он только оформляет их. Порой он возвращается к уже сказанному и уточняет свою мысль, но отнюдь не стремится как-то пригладить свои выражения, загнать их в обыденные, ставшие привычными для многих ораторов формы. Это живая, идущая от сердца речь, это свой собственный, так пришедшийся по душе народу стиль.
Так проходит один час, второй… И кажется уже, что это не кабина самолета, а рабочий кабинет главы правительства.
Исписано уже много листов — рождается большая и яркая речь, которая через несколько часов будет выслушана советским народом и вызовет широчайшие отклики за границей. Небо за иллюминаторами уже посветлело — самолет все дальше уходит на восток. Он держит курс на континент Европы, идя по широкой дуге через Исландию к Скандинавии.
Тем временем в радиорубке самолета идет напряженная работа — воздушный корабль не только поддерживает с землей свои обычные служебные связи, перекликаясь с аэродромами, но и передает важные послания главы Советского правительства.
Как только самолет пересек границу Соединенных Штатов, Н. С. Хрущев направил телеграмму Президенту Соединенных Штатов Америки. Вот ее текст:
«Оставляя территорию Соединенных Штатов Америки, прошу Вас, господин Президент, принять от меня лично, членов моей семьи и сопровождающих меня лиц сердечную благодарность и признательность за приглашение посетить вашу великую страну и за теплый прием, который был оказан нам лично Вами и американским народом. Наше ознакомление с жизнью американского народа было весьма интересным и полезным.
Обмен мнениями между нами по наиболее важным международным проблемам и по вопросам советско-американских отношений показал, что все более берет верх стремление предпринять необходимые усилия в целях ликвидации «холодной войны», создания обстановки доверия и взаимопонимания между нашими странами. Наши встречи несомненно будут содействовать разрядке международной напряженности, упрочению дела всеобщего мира.
Еще раз искренне благодарю Вас, господин Президент, американский народ за оказанное нам гостеприимство. Заверяю Вас, что советский народ и Советское правительство в свою очередь окажут Вам такой же радушный прием, когда Вы прибудете в Советский Союз.
Желаю Вам, господин Президент, Вашей супруге, сыну, Вашим замечательным внучатам, с которыми мне было так легко договориться о времени Вашего визита в Советский Союз, — всей Вашей семье желаю счастья и благополучия.
Желаю счастья и процветания всему американскому народу».
Когда самолет пролетал над Канадой, в эфир ушла приветственная телеграмма премьер-министру Канады. Никита Сергеевич продиктовал и дал указание передать телеграммы также премьер-министру Исландии, премьер-министру Норвегии и премьер-министру Швеции.
Наконец работа закончена.
— Теперь, пожалуй, можно и вздремнуть немного, — говорит Н. С. Хрущев. — Кажется, я заработал право на отдых…
Но отдых был непродолжителен. Еще не все подготовлено для чтения из того, что продиктовал Никита Сергеевич несколько часов назад, а он уже снова появляется в салоне, садится за стол и внимательно, неторопливо читает текст своей речи перед москвичами, внося по ходу чтения исправления и добавления.
