— Ладно, — вмешивается лектор, — давайте перейдем на ваши страхи. Хейл?
— Я же ответил, что это всего лишь обман, — закатывает глаза парень, разваливаясь на стуле. — Липа, которой я не собираюсь подчиняться, а тем более делить свое сознание.
— Как бы ни было, но у каждого есть страх, — сообщает мистер Ховард, присаживаясь на край своего стола.
— Видимо, вы ошибаетесь, и я исключение.
— Запулить бы ему в лоб сумкой, — шепчу я, обращаясь к Дэйне.
— Ровена? Как насчет тебя?
Не хочется оглашать всего, ведь страхов у меня действительно много.
— Как у большинства. Потеря родных, — спокойно произношу я.
— Это уже паранойя, — усмехается Хейл.
— Вообще-то страх, — вмешивается Редмонд.
Все студенты с волнением наблюдают за происходящим. Чувствую облегчение. Хорошо, что мне не приходится спорить с Осборном, который направил злобный взгляд в сторону друга.
— Это страх, который перерастает в паранойю! — кричит девушка с задних рядов.
— Верно! — щелкает пальцами мистер Ховард. — Давайте быстро запишем, чтобы забыть этот неловкий для меня момент.
— Иди, — шепчет Дэйна, и я поднимаюсь с места, поднимая руку вверх.
— Конечно, Ровена. Фергюсон, живо записывай, что во что перерастает, пока очечник не полетел тебе в лоб!
Проходя мимо Хейла, кидаю взгляд.
Вчера по телефону мы с Дэйной обговорили один момент, который поможет мне сблизиться с Осборном. Пришлось рассказать ей, что мы уже целовались, но реакция оказалась слишком нестандартной; девушка просто приподняла брови. Хейл любит, когда ему бросают вызов взглядом. Этот парень за мгновение принимает его, поэтому можно назвать мой взгляд провокационным вызовом.
Выйдя в коридор, дышу чаще. Никогда не приходилось действовать по инструкции человека, которого я едва знаю. Медленно направляюсь по коридору и слышу, как дверь аудитории хлопает, но не оглядываюсь. Шаги становятся с каждой секундой все ближе, а когда Хейл разворачивает меня к себе лицом, надменным взглядом осматриваю парня.
— Что за взгляды в мою сторону, Ровена? Разве ты не выбрала Редмонда, когда лезла к нему на колени?
— Ревнуешь? — ухмыляюсь я и пытаюсь развернуться, но Хейл тянет мою руку.
— Может, ты ревнуешь? Улыбка резко исчезает, когда ты видишь меня рядом с Валери.
Не понимаю, какого черта я делаю такую длинную паузу; на лице парня появляется лучезарная улыбка, которая выбивает из колеи.
— Твоя сестричка меня не интересует. Сделай всем одолжение, научи ее хорошим манерам, а не просто трахайся.
Посмотрев на его руку, пытаюсь намекнуть, что хочу уйти, но парень не отпускает. Я около суток не видела его так близко.
— Думаешь, что это смешно?
— Думаю, что сказала правду, — киваю я, быстро кинув взгляд на его губы. Заметив это, Хейл начинает делать то же самое, но чаще.
Господи, кто создает таких красивых парней?..
Слегка опустив голову, пытаюсь перестать думать о его губах, которые портят все, что только можно. Его рука медленно тянется к моему подбородку, а через секунду приподнимает голову так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза. Сглотнув, концентрируюсь на плане, который рушится. Я должна бросить еще один вызов, но устоять невозможно. Дэйна говорила, что Хейл выжидает, когда девушка сама поцелует его; он никогда не целует первым, тем самым дразнит «жертву».
Посмотрев в мои глаза, Хейл впивается в губы, рукой прижимая талию ближе к своему телу. Интимное место гудит. Гудит так, что с трудом пытаюсь не выдавать реакцию тела на этого парня. Касаясь холодной ладонью щеки, Хейл часто дышит носом, а мое тело просто требует его прикосновений прямо здесь и сейчас.
— Я хочу тебя, Ровена, — говорит он сквозь поцелуй, сомкнув зубы, — дьявольски, но…
Парень отстраняется, но все также прижимает меня ближе, держа одну руку на шее.
В голове так и стоит надобность уйти, но этот интерес. Все идет не так, как нужно; голова кругом от парадокса, но нет объяснений, есть лишь вопросы, которые обитают в голове. Сложно. Сложно то, что по глазам Редмонда и Хейла нельзя сказать о споре; парни слишком искренне смотрят. Как можно быть хорошим актером, не выходя на сцену?..
— Хочу, чтобы ты подумала.
На лице удивление, пока зеленые глаза пытаются смотреть сразу в два глаза напротив.
— Подумала?..
— Стань мне для начала другом, ладно?
Он часто кивает, а затем разворачивается и уходит.
В голове кто-то щелкнул пальцами.
Это самый идиотский план, а я — глупая! Это только игра парней. Говоря, что они находятся на дне вместе со своим поведением, я сама погружаюсь на дно. Постепенно и плавно все выходит за рамки, которые поставлены с рождения.
Вздохнув, несколько минут стою на месте, чтобы не возвращаться слишком быстро в аудиторию, где совсем нет кислорода.
