— Я рисую портреты, — серьезным голосом говорит он, и я останавливаюсь, заставляя остановиться и его. Сейчас главное понять правда это или сарказм. Конечно это может быть правдой, но Редмонд любит сарказм. Сарказм — его второй талант.
— Если ты говоришь правду, то это просто замечательно, — улыбаюсь я и делаю шаг вперед.
Кинув взгляд на мои губы, Редмонд постепенно перестает улыбаться, и я хлопаю ресницами, словно пытаюсь взлететь. Его лицо выражает умиротворение, но что-то не так (он чем-то обеспокоен). Наклонившись, парень вновь целует меня, обхватив ладонью овал лица. Этот поцелуй нежнее, чем все остальные, что были раньше. Хочется, чтобы этот вечер длился дольше, ведь только с его помощью я смогу узнать этого человека.
Отстранившись, он осматривает мое лицо и расплывается в улыбке, вызывая непонимание.
— Почему ты так смотришь?..
Отрицательно помотав головой, он тянет руку прямо за собой. Я всегда считала, что загадочных людей не бывает, что это миф, который скрывает сущность человека, но теперь, смотря на Редмонда, понимаю, что ошибалась. Да и вообще, после общения с этими парнями многое кажется ошибочным мнением.
Мы пересекли полицейский патруль, но не решились пойти дальше в город. В коттеджном поселке есть все, что нужно: свежий воздух, атмосфера и тишина. Во время прогулки не требуется ничего говорить. Все, что у нас есть на данный момент, это взгляды, периодические улыбки и соприкосновение рук. Он не отпускает мою руку, что доставляет удовольствие.
Когда мы останавливаемся возле дома Редмонда, я решаю спросить:
— Папа видел твои рисунки, раз написал об этом или?..
— Знаешь, у меня есть для тебя кое-что, — перебивает парень. — Пошли в дом.
Не дождавшись ответа, Редмонд кладет руку ко мне на талию и подталкивает к входной двери. Оказавшись внутри, снова смотрю на шкаф с книгами, который похоже никогда не перестанет привлекать мое внимание.
— Нравится, Рови? — спрашивает Редмонд, заметив, что я отвлеклась. — Я купил свою первую книгу, когда тебе было всего шесть лет.
— Мило, что ты посчитал, сколько мне было лет на тот момент, — усмехаюсь я.
— Я прекрасно тебя помню, Рови, — с серьезностью произносит он и загораживает обзор на шкаф с книгами. — Красивые косички, глаза цвета неба. Ты была восхитительным ребенком.
— Да, но сейчас я уже не ребенок.
В очередной раз окинув меня взглядом, он пристально смотрит в глаза. Ухмыльнувшись, он слегка пошатнулся назад и направился в сторону спальни. Когда-нибудь я привыкну к взглядам и к их значимости, но сейчас Редмонд просто кажется таинственным парнем, который имеет неугасимую харизму, что заметна в мимике и в движениях.
Через секунду он возвращается, держа в руках лист бумаги. Его взгляд направлен на этот листок, однако я пока не вижу, что там именно описано. Посмотрев на меня, Редмонд протягивает лист, который я моментально принимаю. От точности изображения отца дыхание пропадает, а на теле появляются мурашки. Папа нарисован в профиль, нарисован так, как я его и запомнила. Заметна щетина, а поскольку шея повернута в сторону художника, на ней видны три маленькие складки. Рисунок в карандаше, но насколько все точно.
— Такой фотографии не было, — сама не знаю, для чего говорю я.
— Я рисовал его по памяти.
Сердце сделало удар с тоской и ноткой грусти. Редмонд имеет хорошую память, раз нарисовал все так точно. Отец явно был ему кем-то большим, если парень запомнил его в мельчайших деталях.
В родительском доме нет фотографий отца. Мама рассказывала, что он хотел запомниться людям в духовном сознании, но не на снимках, которые со временем заваляются у потомков в пыльном шкафу. Естественно его пытались переубедить, говоря: правнуки не смогут запомнить тебя духовно, ведь они появятся, возможно, когда тебя не станет; отец лишь качал головой, думая какие некоторые люди глупые. Он не хотел оставлять память о себе. Он жил здесь и сейчас, не смотря в будущее, но часто вспоминая прошлое, чтобы поностальгировать по светлым денькам молодости. Я думаю, что он никак не прочувствовал ранний уход, а просто взял и ушел.
Последний раз посмотрев на портрет, тяну его обратно Редмонду, но тот говорит:
— Оставь себе. Думаю, что так можно осчастливить тебя полностью. Я в курсе того, что вы имеете связь и очень схожи мышлением.
— Сейчас ты сделал комплимент, не прилагая усилий, — усмехаюсь я, опустив глаза. — Спасибо.
Обхватив ладонью лицо, он возвращает мой взгляд на себя.
— Не за что, Ровена.
Ему стоит просто посмотреть на меня, чтобы по коже пробежали мурашки. Поглаживая большим пальцем скулу, он оттягивает нижнюю губу и целует, проникая языком в рот, от чего колени подгибаются. Ощущая безумное возбуждение, кладу руки ему на плечи, стараясь не помять рисунок. Отстранившись, он смотрит прямо в глаза и слегка улыбается, обхватывая руками талию.
— Хочу провести с тобой ночь, — неожиданно говорит он, на что я теряюсь.
Провести ночь ради победы или просто провести ночь, не касаясь темы секса?.. Если задать вопрос напрямую, вряд ли Редмонд ответить также прямо, как прозвучит этот вопрос.
