Рианн шла быстро и не оглядывалась, пусть поспевает, если хочет жить. И он шёл за ней, стараясь придерживаться её темпа, и лишь когда через час свенка остановилась перевести дыхание, центурион тоже остановился, вместе с ней. Рианн посмотрела на него и заметила его усталость. Конечно, он же за эти месяцы жил впроголодь, от тела остались только кожа да кости, ему самого себя держать на ногах стоило больших усилий. Оно и понятно, он же из плена возвращается. А как он хотел?
— Устали? — спросила первой.
— Есть немного… — Кивнул согласно, осматриваясь по сторонам.
Солнце уже встало, и лучи света, яркие и даже какие-то малиновые с ночной черноты пробивались сквозь листву деревьев. Всё выглядело каким-то нарядным, величественным и торжественным, будто праздничным даже. Мокрый чистый лес, свежий влажный запах, щебет проснувшихся птиц. Высоко в кронах деревьев угадывался ветер, здесь, внизу, его не было слышно, даже кожей лица и рук не ощущалось и дуновения его, а там, высоко, слышно было, как качались высокие верхушки берёз и осин. Может быть, этот ветер сможет разогнать тучи, и проглянет солнце? Хотелось тепла и света и совсем не хотелось дождя.
— Это этот мальчишка бегал за тобой, да? — спросил вдруг центурион. — Сын Крикса… Как ты там его называла? Гален? Он — да?
— Он… — Рианн согласно кивнула, не понимая интереса со стороны римлянина. Какая ему разница? Да и он уже как-то спрашивал её об этом. Так что… Не всё ли равно?
— По-моему, он и сейчас в тебя ещё влюблён… — Римлянин хмыкнул, то ли с усмешкой, то ли пытался скрыть свои какие-то чувства.
— И что? — Голос Рианн прозвучал резче, чем хотелось бы. — Он помог вам, вы на свободе только благодаря ему, так что…
Римлянин перебил её:
— Я на свободе благодаря тебе, а не ему!
— Глупости! — Рианн почувствовала раздражение. — Если бы боги не послали его, вы по-прежнему сидели бы на своей цепи, как последний пёс…
Центурион удивлённо вскинул брови, ого, она никогда до этого так не разговаривала с ним, так резко и такими словами.
— Не в этом дело…
— А в чём?
— Надо благодарить вашу Фрейю, это она внушила ему эту любовь к тебе. Только поэтому он и помог… Ты его попросила. Он мог бы просто поднять шум или вообще ничего не делать, развернутьсяи уйти… Так что… Думаю, Крикс его за это по-отцовски по плечу не похлопает…
Рианн стиснула зубы. Да уж, об этом она знала. Как злился Крикс, когда видел их с Галеном вместе, он готов был отречься от него как от сына или убить Рианн, он уже говорил об этом. И сейчас, когда он вернётся, он всё поймёт, он накажет Галена, сильно накажет. И всему виной она, Рианн. Бедный Гален… Он страдает из-за своей любви, из-за своих чувств к ней, а в устах римлянина слова об этой любви звучат с насмешкой. Какое он вообще имеет право так говорить?
— Вы ничего не понимаете! — отрезала, не желая слушать центуриона.
— Что я не понимаю? Что твой Гален — глупый щенок, и из-за тебя идёт против своего отца? Это я не понимаю? Да? — Усмехнулся, дёрнув головой. — Если он не боится своего отца, что ему мешало взять тебя в жёны ещё в прошлом году? Он сделал бы тебя своей женой и не довёл бы до того, что стало с тобой. Как его отец обошёлся с тобой…
— Замолчите! Или я…
— Что ты сделаешь? — он резко перебил её.
Рианн помедлила, глядя ему в лицо, потом собралась с духом и ответила:
— Вы не знаете, на что он пошёл, чтобы сделать это… Чтобы отпустить вас… И Крикс не простит его. Он накажет его… Знаете, для чего Крикс купил вас? — Она сделала паузу, но римлянин и бровью не повёл на её вопрос. А какая, собственно, разница, для чего его купили? Исход один — смерть! И Рианн продолжила:
— Ваши убили младшего сына Крикса, Берена… А в святилище ему сказали, что он ещё жив и в вашем плену…
— Это какой-то бред больного… С чего бы?
— Берену всего шестнадцать, я так и сказала Галену, что вряд ли его оставили бы в живых. Но Крикс хотел обменять вас на своего сына… И его можно понять. Разве нет?
Римлянин нахмурился на её вопрос. Спросил:
— Он собирался предложить обмен?
— Он уже встречался с вашим главным в крепости, — Рианн дёрнула подбородком, — бесполезно! В святилище ошиблись, должно быть…
— Конечно! Кто держал бы в плену его мальчишку?
— Крикс убил бы вас или продал в другое племя…
— Скорее всего, первое… За сына? Только убил бы…
Рианн помолчала, обдумывая его слова.
— И Гален — за брата… — шепнула. — Он убил бы вас… А он отпустил… Убил бы, если бы ещё и я попросила…
Центурион усмехнулся:
— А что ж ты не попросила? У тебя была такая возможность! Ты же давно хотела моей смерти…
— Давно, может, и хотела! — перебила его Рианн.
— А сейчас что же, уже не хочешь?
Она нахмурилась и не ответила на этот вопрос, поправила лямку мешка на плече и сказала о другом:
— Пойдёмте…
Они снова шли через лес по еле приметной между кустов тропинке. Римских центурий уже года три здесь не было, поэтому по тропе туда-сюда сновали только единичные свены, если кому-то что-то нужно было в римской крепости или в городке у её стен. Если бы здесь прошла центурия, тропу натоптали бы — будь здоров!
