3.56 Литвиненко описал свою первую и единственную встречу с Путиным в книге «Лубянская преступная группировка»: «Он вышел из-за стола… поприветствовать меня. Очевидно, он хотел произвести впечатление открытого, приятного человека. У нас, оперативников, свой особый стиль поведения. Мы не кланяемся друг другу, обходимся без формальностей — и все ясно. Достаточно посмотреть в глаза, чтобы понять, доверяешь ты человеку или нет. И у меня сразу же возникло ощущение, что он не искренен. Он выглядел не как директор ФСБ, а как человек, играющий роль директора ФСБ».
3.57 Имеются показания, что в октябре 1998 года расследование дела УПРО Военной прокуратурой было закрыто. В заключении следствия говорилось, что никаких преступлений совершено не было. Коротко говоря, насколько я понимаю, обвинения, выдвинутые Литвиненко и его коллегами, были отклонены.
3.58 Хотя Марина Литвиненко не упомянула об этом во время дачи устных показаний, имеющиеся у меня документы указывают на то, что Литвиненко практически сразу же подал заявление о возобновлении дела.
3.59 13 ноября 1998 года в российских СМИ было опубликовано открытое письмо Березовского к Путину. Копия этого письма приложена к делу. В письме перечислялись обвинения, выдвинутые Литвиненко и его коллегами, и критиковались действия ФСБ, которые были описаны как попытка замять дело. В последних абзацах письма Березовский прямо обратился к Путину: «Владимир Владимирович, Вам от предшественников досталось тяжелое наследство. Криминальные элементы и коррумпированные ими чиновники на разных уровнях, в том числе и в Вашем ведомстве, наносят удар по людям, не согласным опять идти в стойло. В стране нарастает уголовный террор. Уголовники вместе с краснокоричневыми рвутся к власти. Они прекрасно понимают, что в свободной стране, где нормы демократической морали надежно защищены строгим соблюдением закона, им места не будет. Факты и проблемы, которые я изложил, не считаю частными, а тенденцией —
тенденцией смертельно опасной для России. Прошу использовать имеющуюся у Вас власть для наведения конституционного порядка».
3.60 Открытое письмо Березовского явно обращено к Путину с просьбой реформировать ФСБ. Несколькими днями позже, 17 ноября 1998 года, Литвиненко открыто выступил с критикой в адрес ФСБ на пресс-конференции в Москве, на которой присутствовала зарубежная пресса. Вероятно, эта пресс-конференция была задумана Березовским как часть большой стратегии по проведению реформ.
3.61 Пресс-конференция была проведена в международном новостном агентстве «РИА Новости» в Москве. Литвиненко предстал перед представителями прессы без маски и стал основным спикером на этой пресс-конференции. Также там присутствовал Трепашкин, тоже без маски. К этому времени у него с Литвиненко уже завязалась дружба. Четверо коллег Литвиненко по УПРО, в том числе Шебалин и Понькин, также пришли на прессконференцию. Они были в масках или солнцезащитных очках. Марина Литвиненко описывает пресс-конференцию такими словами: «Никогда за всю историю российской службы безопасности ФСБ не переживала такого публичного разоблачения. [Литвиненко] с коллегами говорили о коррупции, криминализации в ФСБ и о том, что система, созданная, чтобы защищать людей, превращалась в систему, от которой нужно было защищать людей.
Они также раскрыли детали неофициальных действий, которые ФСБ планировали предпринять против Трепашкина, Джабраилова и Березовского»
3.62 Пресс-конференция поучила широкую общественную огласку в вещательных и печатных средствах информации.
3.63 Во время пресс-конференции в Москве находился Юрий Фельштинский, который вел подготовительную работу для написания биографии Бориса Березовского. В своих показаниях он подчеркнул, что на тот момент Березовский и Путин еще дружили. Он говорил, что Березовский «надеялся, что сможет использовать Путина для проведения серьезных изменений в структурах ФСБ». По словам Фельштинского, надежда Березовского состояла в том, что «в результате пресс-конференции все старые генералы КГБ будут уволены, и на их место придет молодое поколение, новые люди, такие как Литвиненко».
Реакция Путина на открытое письмо и пресс-конференцию не оправдала чаяний Березовского.
3.64 Профессор Роберт Сёрвис, который до 2014 года преподавал историю России в Оксфордском университете, предоставил следствию экспертную оценку по вопросам, касающимся истории России (см. ниже 9.41–9.43). Он предположил, что Путин не только не увидел в пресс-конференции доброго шага навстречу реформам, но и усмотрел в ней первый случай в цепи последующих событий, когда Литвиненко будет уличен в нарушении кодекса верности ФСБ. Как мы убедимся позднее, в ФСБ действительно были люди, которые разделяли эту точку зрения.
3.65 В период между пресс-конференцией 1998 года и решением Литвиненко уехать из России навсегда в сентябре 2000 года его положение постепенно ухудшалось.
