Но хозяин магазина почему-то решил меня пощадить. Он подлетел ко мне и, схватив за шкирку, сорвал с лица Балаклаву. А затем начал пристально рассматривать мое лицо, пока не остановился на области шеи. Там красовалась нарисованная красным маркером надпись «The hell Wolves». Он грустно усмехнулся. А затем отпустил меня и сказал:
«Какой же ты волк. Ты еще всего лишь волчонок»
И после этого он тяжело выдохнул, закрыл взломанную дверь, за которой уже, естественно никого не было, и предложил мне чай. У меня внутри царил такой хаос и раздрай, что я был, не в состоянии противится ему. Мужчина усадил меня за маленький пластиковый стол в подсобке и поставил чашку черного чая с шоколадным печеньем. А затем, сел напротив и спросил, что со мной произошло.
Не знаю почему, но от его пытливого, искреннего и добродушного взгляда, я отмер. А в следующую секунду разразился такими рыданиями, на которые думал вообще не способен. Да я впринцепи не думал, что могу плакать. Я не делал этого с малых лет, а сейчас тем более, несмотря на все то, что произошло. Горечь, боль, скорбь и испепеляющее чувство вины, настолько переполнили меня, что внутри уже не оставалось места для слез. Так я думал. Оказалось, я ошибался.
Мужчина терпеливо ждал, пока я выплесну все эмоции, потом внимательно выслушал всю мою историю и поддержал меня, сказав много слов, каждое из которых я помню, по сей день. А после он убедил меня вернуться домой и даже сам отвез к родителям и поговорил с ними. Не знаю, что именно он им сказал, но с того дня меня больше никто не трогал и не донимал.
После этого случая я долго не мог решиться прийти к нему вновь. И сделал я это только спустя 8 лет. И с тех пор мы с Миком стали хорошими друзьями. Он заменил мне родных и являлся одним единственным человеком, кому я мог доверить свои тревоги и знать, что меня поймут и не осудят.
Именно поэтому я никогда и никому не рассказывал об этом месте, но с Авророй мне захотелось прийти именно сюда.
Довольно быстро нам приносят наш заказ, и мы принимаемся с аппетитом поглощать горячие, ароматные блюда.
Ну, точнее принимается в основном Ава. А я, смотрю как она смачно откусывает бургер, затем тщательно облизывает губы от остатков соуса и удовлетворенно закатывает глаза, не переставая мычать от удовольствия и от этой невообразимо соблазнительной картины мои грязные мысли мгновенно уносятся в совсем другом направлении.
Я громко сглатываю, отпивая горячий кофе, хотя у меня внутри все настолько горит, что впору было бы пару кусков льда в рот закинуть, а не этот парующий напиток.
Вдруг у Авы звонит телефон. Она откладывает булку, а я посылаю сердечную благодарность звонящему ей человеку, который избавил меня хоть ненадолго от этой сексуальной пытки.
Увидев имя абонента, Ава поднимает на меня испуганный взгляд. А затем берет трубку и отвечает.
— Да, Джем. Нет, я еще не дома. Мы заехали на заправку. Сейчас закончим и поедем. Да, конечно я наберу тебе из дома. Пока.
Ава убирает телефон, и вскидывает взгляд на меня. В блестящих изумрудах плескалось волнение, а девчонка вмиг натянулась как струна. Кажется, ее смутил мой видок, возможно потому, что я сейчас выглядел немного… Взбешенным?!
— На заправку? Серьезно? Зачем ты ей соврала, принцесса? — непонимающе спрашиваю я, и кажется, немного перегибаю с интонацией, так как Ава сразу же встает в защитную позицию.
— А что я должна была ей сказать?! Что ты привез меня в кафе и мы сидит мило общаемся? Как бы это выглядело в ее глазах?
Тут я впадаю в конкретное бешенство.
— Да какая, блять, разница как бы это выглядело? Ей какое дело?
— Что значит, какое ей дело? Она моя подруга и твоя сестра, если ты забыл! И я не думаю, что она обрадовалась бы, узнав, что мы чуть ли не на свидание с тобой пошли!
— Это и есть наше свидание, принцесса. Если ты еще не поняла, — я с силой сжимаю челюсть, стараясь контролировать вспышку агрессии. А Аврора, будто не замечая этого, продолжает меня накалять.
— Джейк, ты же не серьезно? У нас с тобой не свидание. Мы просто зашли поесть. Я …
Не дав ей договорить, я ловлю ладонь Авроры и накрываю ее своей рукой, крепко, но бережно сжимая маленькую ладошку, слегка поглаживаю нежную кожу пальцем, пытаясь сконцентрировать внимание Авы на себе. И у меня получается, так как бегающий по всему помещению взгляд изумрудных кристаллов резко останавливается, замирая на мне.
— Аврора. Я еще никогда не был так серьезен как сейчас. Мне надоели эти качели, вечные недопонимания и показные ссоры. Я не хочу притворяться и играть в безразличие. Ты мне нравишьс. И я хочу, узнать тебя по-настоящему. А моя сестра или кто бы то ни было еще и их мнение на этот счет меня абсолютно не волнует.
Аврора некоторое время сохраняет молчание. Лишь внимательно и очень скрупулезно вглядывается в мое лицо, в поисках чего-то мне неизвестного. А потом мягко отстраняет мою руку и, прочистив горло, отвечает:
— Зато это волнует меня, Джейк. И я не уверена, что мы сейчас поступаем правильно.