Давайте представим, что новым директором оперы стал один обеспеченный господин, покровитель искусства и талантов. Под его руководством изменится очень многое, в том числе судьба главных героев.
========== Поздравляю вас, директор ==========
- Все вы слышали слухи о моей отставке – теперь я могу объявить, что все это правда, - речь директора – почти бывшего директора Парижской оперы, мсье Дебьена – потонула в хоре обсуждений этой невероятной новости.
- Позвольте представить вам нового руководителя – мсье Роберт Моор, - и снова голоса Дебьена и Полиньи заглушили, но на этот раз аплодисменты. Все взоры устремились на нового хозяина этого величественного здания. Девушки смотрели оценивающе, словно думали, будет ли новый директор расположен к танцовщицам, и если да, то к какой именно из них; мужчины были более практичны – их интересовало, можно ли будет рассчитывать на повышение. Какие будут порядки, сколько будет денег, каким останется репертуар? Шум воцарился снова, но прекратился моментально от легкого покашливания нового директора. Тот не спеша обвел взглядом труппу, и серые глаза по очереди останавливались на каждом:
- Друзья, я рад всех приветствовать. Будьте уверены, что установившиеся порядки не будут меняться – ваша жизнь в опере будет такой же, как и прежде. Я рад… - на этих словах директор запнулся, потому что Карлотта решила лично засвидетельствовать почтение новому управляющему – итальянка склонилась в реверансе и одарила стайку танцовщиц победным взглядом.
Мсье Моор поцеловал протянутую руку, как того требовали приличия, но дальнейшую церемонию знакомства пожелал оставить на более удобное время.
- Если желаете, закончим все формальности прямо сейчас, - едва слышно произнес мужчина, когда оказался рядом с Дебьеном и Полиньи. Те переглянулись между собой и выразили полное согласие. Итальянская певица смотрела вслед уходящим директорам, когда все снова вернулись к обсуждению насущных проблем.
- Синьора, вы готовы? – голос дирижера прервал ее мысли.
- Разумеется, маэстро, - кивнула прима как ни в чем не бывало.
Она начала петь свою арию, но как-то иначе. Странно – слова те же, ноты те же, а звучало все не так, как раньше. В зале воцарилась тишина - все обменивались недоуменными взглядами, не понимая, какая перемена приключилась с голосом дивы. А причина была до смешного проста – только итальянка сама ее еще не знала.
Трое мужчин тем временем уже поднялись в кабинет. Мсье Моор принялся внимательно изучать бумаги, в то время как двое бывших директоров обменялись обеспокоенными взглядами, словно на что-то решаясь.
- Что ж, не вижу никаких проблем, - несколько минут спустя раздался голос нового директора. – Осталось только подписать.
Медлить больше было нельзя. И Полиньи начал первым:
- Разумеется, но сначала мы должны вам кое о чем рассказать. Сударь, не поймите нас неправильно… мы никогда не начали бы этот разговор, не будь у нас достаточно доказательств, - мужчина явно нервничал, несмотря на свою показную уверенность. Он понимал, что его, скорее всего, примут за ненормального, но промолчать и потом возможно стать причиной многих неприятностей ему не позволила совесть. – Все равно вы сами бы об этом узнали. По опере ходит слух о Призраке… поначалу мы в него, конечно, не верили, - поспешил добавить Полиньи, видя изменившееся лицо собеседника. – Но потом начались разного рода несчастья. Стали пропадать рабочие, падать декорации, которые калечили наших актеров… и мы решились выполнять те условия, которые нам указали в письме.
- Что за письмо? – с любопытством поинтересовался Моор, и ему немедленно передали конверт с черной печатью.
- Думаю, скоро вы получите такой же, - произнес Дебьен. – Вы скорее всего к нам не прислушаетесь, но… вам лучше принять те условия, которые будут в письме.
- Ясно… - протянул мужчина, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. – Господа, если больше никаких инструкций не будет, тогда…
Бывшие директора молча поставили свои подписи, пожали руку новому владельцу, и, пожелав ему удачи, удалились, не слова больше не произнеся о Призраке Оперы.
