Есенин действительно был любимым поэтом, во всех смыслах этого слова. Его любили женщины, друзья по писательскому цеху, его любили в издательствах, и его любила и заботилась о нем советская власть.
25 октября 1925 года Христиан Раковский[171] в личном письме к Дзержинскому просит последнего:
…
Ознакомившись с письмом, Дзержинский передает его своему другу, секретарю, управляющему делами ГПУ В. Д. Герсону с пометкой
Ниже резолюции Дзержинского пометка, сделанная рукой Герсона:
Письмо написано до 26 ноября 1925 года. Москва.
В конце ноября Софья Толстая-Есенина договаривается с директором платной психоневрологической клиники Московского университета профессором П. Б. Ганнушкиным[172] о госпитализации Сергея.
–
21 декабря поэт покинул клинику, направившись прямым ходом в Госиздат, где аннулировал все доверенности. Потом снял со сберкнижки почти все деньги и через день уехал в Ленинград, где остановился в гостинице «Англетер».
Известно, что Есенин в Ленинграде не ходил по издательствам, не назначал творческих вечеров.
Перед тем как уйти из больницы, Есенин написал последнее в своей жизни письмо супруге:
Письмо было написано между 17 и 19 декабря 1925 года. Москва.
