А я уже вовсю улыбалась. Такая реакция, это выражение глаз – я даже мечтать о таком не смела. Теперь я не сомневалась, что меня в этом доме ждали. Пусть, может быть, не все, но он ждал точно.
– Не снюсь, – улыбнулась и рванула ему навстречу.
Я просто больше не могла сидеть – мне необходимо было почувствовать на себе его руки, вдохнуть его запах, прижаться к этой груди.
– Я искал тебя, – проговорил Артем еще через время, когда мы хоть немного насытились близостью друг друга.
– Я знаю.
– Откуда?
– Птичка на хвосте принесла, – широко улыбнулась.
Совсем скоро я расскажу ему все, но сейчас я хочу чтобы за меня это сделала моя душа.
– Пойдем к отцу? Он тебя тоже ждал, – еще через какое-то время предложил Артем.
Как раз в коридоре послышалась тяжелая поступь вкупе с покашливанием Людмилы Алексеевны.
– Прямо сейчас? – испугалась я.
Ко встрече с Андреем я оказалась не готова.
– Лучше сразу же сжечь все мосты и начать строить новый. Не бойся, ничего он тебе не сделает и не скажет. Теперь я точно буду рядом, – прижал он меня к себе и вывел с кухни.
Я ничего не ответила, только подумала, что он всегда был рядом, даже когда я и он были далеко друг от друга.
– Ты простил его? – только и спросила.
– Простил. Он ведь мой отец.
Все правильно. Другого отца у него не будет, и Андрея он любит, хоть тот и не позволяет себя любить. Мне же еще только предстоит его простить, но и я постараюсь. И сейчас я не загадывала, что будет дальше, как сложится моя жизнь. Важно было то, что Артем меня любит, и я его тоже люблю больше жизни. А вместе мы как-нибудь со всем справимся.
Прошло пять лет…
– Кирюш, Дианочка, идите к маме!
Две пары маленьких ручек обхватили мою шею с двух сторон, и такие родные и тепленькие тельца тесно прижались к моему, делясь со мной своей неуемной энергией.
– Обещаете вести себя хорошо и слушаться Любу? – строго посмотрела я по очереди на каждого, с трудом сдерживая улыбку.
Не могла я сердиться на своих малышей, потому как даже не любила, а обожала их, боготворила. Артем все время сетовал, что растут они у нас в слишком любящей обстановке, что рискуют превратиться в тепличные растения. Сама же я так не считала, потому что детям, прежде всего, нужна наша любовь, а потом уже воспитание. Сама я была лишена этой любви в детстве, вот и компенсировала ту детям. В Артеме же говорили гены и любовь к излишней строгости. Хоть я-то видела, как млеет он, глядя на наших детей, как трудно ему сохранять строгость. Да и с генами он боролся, потому как тоже помнил, что значит излишне строгий отец.
– Мам, а вы вернетесь ночью, когда мы уже будем спать? – спросил не по годам рассудительный Кирилл.
Он так смешно морщил лобик и так сильно напоминал в этом Артема.
Кириллу пошел пятый год, и он уже почти был готов к школе. Знал все буквы, умел считать. Я не переставала удивляться, что у меня растет такой умненький сынок, ведь сама я в учебе звезд с неба не хватала, скорее плавала на мелководье.
Диане недавно исполнилось три года. Ее мы с Артемом зачали почти сразу после рождения Кирилла. Сознательно. Решили не делать большой перерыв у детей. И не ошиблись – таких друганов, как эти два хулигана, еще нужно было поискать. Друг за друга стояли горой, во всем друг друга покрывали. Даже спать укладывались вместе и приходилось их разгонять по своим кроватям.
– Да, малыш, у нас сегодня взрослое мероприятие.
– А почему мое день рождения – не взрослое мероприятие, и вы не ведете нас в ресторан?
Хороший вопрос. Но как ответить на него, не знала. Идея собраться в тесном семейном кругу принадлежала не мне, а Артему. И он настоял на ресторане, тогда как я лучше бы посидела дома, в своем тесном кругу. После памятного Дня рождения пять лет назад я дала себе слово никогда не приглашать на этот праздник много гостей – только самые близкие.
– А давай на твой День рождения мы сходим в развлекательный центр! – предложила я, наблюдая как загораются глаза у сынишки, но сразу же тухнут.
– Ага. Это еще не скоро, – протянул он.
– Так, сын, – раздалось от порога. – День рождения только раз в году, помнишь как в той песенке? И нужно терпеливо его дожидаться.
– Папа! – рванула к Артему Диана, и он подхватил ее на руки.
Иногда мне казалось, что дочку Артем любит чуточку больше. Тогда невольно рождались мысли, а не потому ли, что сын может быть и не его? Но сразу же эти мысли я гнала от себя, потому как Кирилл был очень похож на отца. С другой стороны, и Артем с Андреем сильно похожи. А запретил делать тест на отцовство мне именно Артем.
– Какая разница, – заявил он, – я все равно буду любить его.
И он любил, не обманул. Но Диану чуточку больше все равно. Хотя, может быть, папы всегда любят сильнее дочерей, кто знает.
– Все, бегите к Любе, ужинать, а мы с мамой торопимся.
Дети с воплями покинули гостиную, а Артем приблизился ко мне. Когда он так смотрел на меня, я чувствовала себя голой. С годами ощущения не притуплялись, этот мужчина умел возбуждать и раздевать меня одним взглядом.
