В обычную жизнь соседок по квартире врываются загадочные и явно опасные мужчины. Отказы они не принимают. Как дать им отпор так, чтобы влюбились и женились, а не поматросили и бросили? Тем более, они, кажется, не люди. И как тогда освоиться в их абсолютно непривычном, полном своих обычаев и магии мире?
В мирах существовали миллионы уголков, в которых двое могущественных существ могли бы уединиться без помех, но ни одного, где Алехандро и Аурелия вечность любили бы друг друга, оставаясь ровно теми, кем они были.
Их ошеломляюще сладкий, чувственный рок соткали боль и безнадежность, тоска дополнила картину — никто из родственников не имел права узнать об их грехе. Юные анамаорэ обладали не слишком сильными способностями к маскировке. Известие об их запретных отношениях повлекло бы как минимум осуждение всех окружающих.
Прежде им стоило объясниться. И когда Аурелия, смятенная, полная мыслей о возлюбленном, но не представляющая способ им свидеться, не вызывая острых подозрений, не понимающая, как сознаться милому, оставаясь гордой, металась по ночному саду, залитому мистическим светом, Алехандро неожиданно возник за ее спиной, заставив Аурелию обернуться.
Он рисковал, страшно рисковал, пробравшись в частные владения. Впереди их обоих ждало выяснение обстоятельств, но сейчас они стояли, точно в трансе, глядя друг на друга с обожанием — он, высокий, опасный и темный, словно необъятная гора, и она — маленькая, золотистая, сияющая.
Алехандро предложил:
— Встретимся в Городе на перепутье миров. Я постараюсь скрыть перемещение от братьев, ты же от своих.
Аурелия кивнула.
Она боялась путешествий, боялась затеряться в мирах, рассыпавшись на кусочки, забыв себя, но один лишь вид возлюбленного внушал ей смелость, и не существовало других дорог к счастью.
— Теперь пора! — точно вихрь поднял Аурелию над землей, она почти потерялась в Алехандро — бесконечно огромном. Последовали долгий страстный поцелуй, мелодичный смех, какие-то бессвязные слова, а затем Алехандро растаял. — Я обязан вернуться к копии, пока моя свита не образумилась!
Оставшись в одиночестве, Аурелия смертельно испугалась — сейчас ее родня, обеспокоенная вторжением чужака, примчится, Аурелию попросят показать им память…
Не помня себя от ужаса, Аурелия ринулась в Город — плохо зная дорогу, имея великий шанс заблудиться и будучи бессовестной преступницей.
Естественно, подобное поведение вызвало бы лишь явное желание последовать за ней, но Аурелия совсем не рассуждала, отчаянно стремясь оказаться подальше от места, вмиг ставшего ей прочной клеткой.
Инстинкты не подвели — Город раскрыл объятия навстречу беглянке — Город и богиня Кэйли, охраняющая его. Полубезумная, задыхающаяся Аурелия очутилась прямо в покоях богини — лучезарная положила ладони ей на плечи:
— Любовь привела тебя сюда, Аурелия, и во имя любви доверься мне.
Аурелия пошла на страшное: богиня вмешалась в ее память и осознание, вытравив из ее души встречу с вражеским царевичем, подменив ее воспоминания.
Теперь Алехандро будто бы не произвел на нее никакого впечатления. Появление же Алехандро на поляне Аурелия словно не застала. Ее истинные чувства стерлись, а взамен появилась неодолимая приязнь к Городу и стремление бывать в нем.
Кэйли действовала невероятно быстро, наспех, побуждая Аурелию вернуться домой. И в тот момент, когда ее родные заметили след Алехандро в саду, Аурелия появилась из дальнего его уголка, задумчивая, но ясная лицом.
— Ты кого-либо встретила здесь, сестра, странного или подозрительного? — Дамир задал вопрос уклончиво.
Аурелия удивилась:
— Тут? В саду? Кого?
Дамир сдвинул брови:
— Позволь мне посмотреть твои воспоминания. Недавно у нас был визитер с Той Стороны, и, возможно, он поступил бесчестно, оставив здесь шпионов.
Аурелия еще больше изумилась:
— Вот это да! Ладно, смотри.
Кэйли не знала мир анамаорэ в деталях и не имела возможности глубоко погрузиться в восприятие Аурелии, поэтому в созданной Кэйли картинке выходило, что Аурелия стояла в саду на месте, откуда впоследствии рванула в Город, а затем невероятным образом очутилась в дальнем тенистом уголке. Эта прореха в безупречной памяти сестры чрезвычайно насторожила Дамира.
Разумеется, Та Сторона не выдаст Алехандро. Вместо младшего неопытного братца появится вездесущий Лукас, который, слащаво улыбаясь, заявит, что «На войне все средства хороши. Проморгали — получите» или же ответственный Эрик, который пообещает непременно разобраться в деле, исключить повторение таких ситуаций и прочее, в разы менее наглое, но столь же бесполезное.
Каждый царевич с Той Стороны раскланяется на свой манер с нулевым результатом для Дамира.
Оставалось только самим лучше беречь юную сестру от потрясений и одновременно утечек информации через нее.
