Первая мысль – бежать! К такой подставе я не готова. Не сейчас! Не перед ним! Промелькнувшая мысль шокировала: подсознательно я хотела понравиться Ридерику. А теперь… Маска львицы и выступление вызовут только смех.
Музыка играла вовсю. Вуаль ещё прикрывала лицо.
Я должна принять решение. Быстрое, как разрыв молнии во время грозы. И я… Я решилась. Им меня не сломить. Не здесь и не сейчас.
Снова поклонилась, развернулась спиной и скинула полупрозрачное полотно. Удивлять так удивлять.
Мелодия растеклась по залу. Ритм и темп нарастали.
Я повернулась, уверенно взглянула на Ридерика. От изумления его брови поползли вверх, а лицо… Он еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Даже закрыл рот рукой. Я его понимала: зрелище – ещё то!
Рада ли? Но это лишь представление, потому я улыбнусь.
Мелодия обволакивает, она успокаивает. Звуки сплетаются и показывают вместе со мной дикую грацию и нежную первозданную красоту.
Я танцевала. Я смотрела на Ридерика, но не видела его. Я растворялась в чарующей музыке, а музыка оставалась во мне. Тело с наслаждением пело вместе с мелодией, выполняя заученные па. Плавно, нежно, со страстью.
И вот весёлая улыбка сошла с губ мужчины. Теперь он неотрывно смотрел на меня, заворожённый танцем. Во взгляде разгоралось пламя. В серых глазах пылал жгучий огонь.
В них я видела страсть, необузданное, бешеное желание. Ещё чуть-чуть – и дикий зверь сорвётся с натянутой незримой цепи, потакая природным инстинктам.
Но что мне до него?
Я танцевала музыку львицы, радующейся живительным тёплым лучам. Не холодной звезды, что еле светила этому миру. Я танцевала страстный, пламенный танец своего яркого и горячего солнца, раскрываясь и отдаваясь музыке как в последний и единственный раз.
Мелодия стихла вместе со мной. Я сидела на полу, на коленях. Спиной к Альросскому, чуть повернув голову, чтобы видеть его.
Воцарилась тишина. Её разбил звук аплодисментов. Шумный, чёткий, утверждающий власть.
– Это лучший танец сегодня, – уверенно произнёс Ридерик. – Лучшего и не было никогда. Ева, я восхищён!
Пожалуй, пора вставать. Представление закончено. Я поднялась с колен, склонила голову. Всего чуть-чуть, легко, выказывая уважение хозяину этого места.
– Могу я уйти?
Шальные всполохи взгляда дракона обожгли, заскользили по лицу и рукам. Коснулись полупрозрачной ткани изысканного наряда, выреза на груди, талии, бёдер, вернулись к глазам. Отпускать не хочет, но танцем определённо доволен. Улыбнулся мне.
– Как пожелаешь… Снежинка.
И заключительным аккордом к его словам со стороны послышались вздохи. Разочарованные. Сдерживаемые изо всех сил. От этого они звучали даже более глупо и явно.
Милен соскочила с места.
– Господин? Мы можем идти?
– Нет, – в голосе Альросского прозвучала откровенно издевательская насмешка. – Сейчас сюда придёт ваш учитель Диляйн. Вам нужно ещё многому научиться. Ева освоила науку танца быстрее и в совершенстве. Берите с неё пример.
Ридерик неприкрыто злорадствовал, но я не стала его слушать. Ни разу не оглянувшись, стремительно покинула зал. Кусала губу, испытывая бурю чувств, среди которых особенно выделялась радость: я справилась! Смогла подняться выше ситуации и остаться собой!
И всё же я убегала. Вернее, сбегала.
