Роман «Любимая и потерянная» издан огромным для Канады полумиллионным тиражом, его относят к числу классических. В своей книге Морли Каллаган показывает весь спектр человеческого характера и, поворачивая своих героев то одной, то другой стороной, предоставляет роль судьи самому читателю.Действие романа развертывается в послевоенном Монреале. Разные люди живут в этом большом космополитическом городе, и у каждого есть своя мечта. Как заполучить мечту и что нужно для того, чтобы мечта стала явью? Нужно — это диктует современная канадская действительность — принять систему ценностей буржуазного общества, следовать его неписаным законам, строго соблюдать «правила игры». Но не все готовы плыть по течению.Канадская «белая» девушка выступает в защиту негров. Однажды ее находят убитой. Кто ее убил неизвестно, но мотив убийства следствие предположить вполне может: она защищала «цветных»…
Морли Каллаган. О чем говорит нам это имя?
В 1966 году на русском языке вышел сборник рассказов Морли Каллагана «Подвенечное платье». Это были истории мелких служащих, безработных, измученных заботами женщин и обездоленных детей. Мы познакомились с умным и тонким канадским писателем, осуждающим социальную несправедливость, глубоко сочувствующим «маленькому человеку». В 1971 году мы снова увидели его в галерее писателей, представленных в «Затерянной улице» — так называется сборник переведенных на русский язык современных канадских новелл.
Сейчас советский читатель встречается с Каллаганом третий раз, и, надеемся, далеко не последний. Ведь за пятьдесят лет неутомимого труда из-под его пера вышло девять романов, две пьесы и великое множество рассказов. Роман «Любимая и потерянная» — одно из самых крупных и известных его произведений.
Морли Каллаган родился в 1903 году в Торонто, в семье ирландского иммигранта, диспетчера железной дороги. Учился в школе, колледже, университете. Изучил юриспруденцию и получил право заниматься адвокатской практикой.
В доме Каллаганов увлекались политикой, музыкой и литературой. В детстве Морли был без ума от Эдгара По. Юношей читал запоем Толстого, Достоевского, Флобера, Джозефа Конрада, Синклера Льюиса.
То, что не могли дать книги, давала жизнь. Во время школьных каникул Морли работал на лесозаготовках. Или запрягал лошадь и колесил по проселочным дорогам, продавая журналы. А перед рождеством торговал галстуками в универсальном магазине Симпсона.
И еще были бейсбол, футбол и бокс. Они тоже пригодились писателю. В этой книге вы найдете захватывающую, с блеском написанную сцену хоккейного матча.
Студентом университета Каллаган стал сотрудничать в газете «Стар». Эта работа позволила ему окунуться в самую гущу жизни. Он писал репортажи для газеты и рассказы для себя. Он еще не был уверен в своих силах и ждал судьи.
И судья явился в образе… Эрнеста Хемингуэя. Прочитав в рукописи один из рассказов двадцатилетнего Каллагана, он сказал: «Ты настоящий писатель. Ты пишешь большие вещи. Тебе необходимо только одно — продолжать писать».
Хемингуэй был тогда корреспондентом «Стар» по странам Европы и приехал в Торонто из Парижа. Молодые люди стали друзьями.
В 1925 году при содействии Хемингуэя в парижском журнале появился рассказ Каллагана «Девушка с амбицией». Через три года был опубликован его первый роман «Странный беглец». К Морли Каллагану пришла слава.
Весной 1929 года, сыграв свадьбу, писатель приезжает с женой в Париж, где регулярно встречается с Хемингуэем, Фитцжеральдом, Джойсом и другими американскими литературными звездами. Этот период своей жизни Каллаган позднее описал в книге «То лето в Париже».
Дружба и покровительство Хемингуэя, бесспорно, способствовали блистательному старту канадского писателя. Но та же дружба породила о нем предвзятые, искаженные представления. Слишком много литературных критиков видели в Каллагане лишь отражение знаменитого американца. Слишком часто они пытались показать, как второй влиял на первого. В результате Каллагана лишили литературного лица. Между тем даже невооруженным глазом видно, что его творчество глубоко оригинально.
Сравнивая творческую манеру двух писателей, канадский исследователь Брэндон Конрон пишет: «В отличие от Хемингуэя у Каллагана нет не знающих страха, лишенных жалости, непрерывно пьющих, живущих по своим законам чести героев стоиков, которые действуют на разжигающем воображение экзотическом фоне. В его произведениях нет того сурового эмоционального настроя, который ощущается в создаваемой Хемингуэем нервно наэлектризованной атмосфере. Для творчества Каллагана характерны печальная лиричность, кельтская фантазия, глубоко ироничный взгляд на вещи — сочувственный или беспристрастный, интуитивное проникновение в сущность деталей обыденной жизни. Его волнует скорее моральная, чем физическая, храбрость. Его рассказам свойственна едва уловимая, внутренняя психологическая напряженность, заставляющая читателя с нетерпением ждать развития событий».
Разумеется, оригинальность и самобытность творчества Каллагана не означают, что оно развивалось на пустом месте. Сам писатель считал своим литературным отцом Шервуда Андерсона, которого особенно ценил за ясный и простой язык. Многие отмечают, что корни мировоззрения и мастерства Каллагана уходят к Толстому, Достоевскому, Флоберу и Чехову. Несомненно, что большое влияние на Каллагана оказал и Хемингуэй с его принципом — о простых вещах писать просто.
С приближением второй мировой войны в творчестве писателя наступил кризис. Будущее человечества представлялось ему в самом мрачном свете. Об этом времени Каллаган писал как о «черном периоде своей жизни», «периоде духовной опустошенности».
