– Здравствуйте! – говорит человек, улыбаясь. – Вот и встретились!
Долгая минута молчания. Сумерки, казалось, сгущаются на глазах.
– Сатана! – кричит Марго отчаянно.
– Ну что ты, Мария, – говорит Павел. – Куда мне до врага человеческого. Всего-навсего скромный любитель. – Он, улыбаясь, смотрит на них. Улыбка его вполне доброжелательна. Ему удалось собрать их вместе. И сейчас он чувствует себя старшим. По-настоящему. Пастырем. Полководцем. Все получается, как он задумал. – Сколько лет, сколько зим… – В голосе его теплота, он действительно рад их видеть. – Салют, Мария! Не ожидала? А что это вас в церковь потянуло? Грехи замаливать? – Тон шутливый. – Привет, Петр! – Улыбка сползает с лица, он дает понять, что предстоит сквитаться за сцену в кафе. Он полон великодушия, он готов принять и простить… обоих. Семья. Единственные близкие ему люди. Одно целое. Только нужно, чтобы они поняли… чтобы поняли… раз и навсегда… Мысль ускользает, и Павел хмурится. Чтобы поняли, что он теперь… Авенир… старший… – А ты не верил, что встретимся снова, – говорит он укоризненно. – Мы же не договорили тогда… Ты что, не рад?
Ему никто не отвечает. Карл смотрит на Марго. Марго исподлобья уставилась на Павла. В неистовых ее глазах испепеляющая ненависть.
– А я рад! Все-таки мы связаны как-то, мы чувствуем друг друга! – Он говорит очень громко. Он полон радости, он выиграл!
Эхо подхватывает его слова, ударяет в черные стены.
– Рад-рад-рад… – повторяет невнятно эхо. – Друга-друга-друга…
– И чем раньше вы поймете это, тем лучше. Мы – одно целое! Я знал, что ты, Петр, захочешь показать Марии школу… именно сегодня! Свернул в лес, смотрю, машина недавно прошла… Некому больше сюда ездить… Только нам троим. Это – колыбель, начало… мать кормящая… Нас всех тянет сюда… Приезжаю, а вас нет. Машина стоит, а вас нет. Где, думаю, ребята? Что за… И тут вдруг колокол… прямо как позвал. Даже мороз по коже… честное слово! Смотрю, следы. Я и не знал, что тут церковь. Ну что, Мария, вспомнила, кто ты?
Павел наконец замолчал, и наступила оглушающая тишина. Был он бледен, похоже, нездоров. Говорил быстро, скалился в улыбке, дергал лицом.
Карл сунул руку в карман.
– Стоять! – вскрикнул Павел, выхватывая пистолет. Он переводил взгляд с Карла на Марию, наполняясь горечью и обидой. Благодушие сменялось подозрительностью. Переход был стремителен. Вон как смотрит, ведьма! И этот тоже хорош… братец! Фигляр, ярмарочный плясун! Павел хмурится, ему хочется заплакать. Им нельзя верить ни на грош, эти двое способны на все. И, похоже, не спешат в его братские объятия…
Карл достал носовой платок, высморкался. Аккуратно сложил, положил назад в карман.
– А чего это ты с пистолетом? Боишься?
– Заткнись! – приказал Павел зло. – Ты, мразь! Это ты боишься! Марафонец! Я пришел поговорить с Марией.
– Ненавижу! – Марго рванулась к Павлу. – Сатана!
Павел нажал на спуск. Звук выстрела оглушил их. Марго застыла как вкопанная. Пуля ушла в пол, пробив дыру в сером слежавшемся снегу. Снаружи с деревьев снялось потревоженное воронье, и посыпался снег. Несколько птиц ударилось в стены. Качнулся колокол наверху, зазвучал жалобно и тоскливо.
– Встань около Марии! Ты! – Павел ткнул стволом в Карла. – Я хочу видеть вас обоих. Даю вам последний шанс. Последний! – Голос его загремел. – Ты, Петр, всегда был дураком и ничтожеством… И трусом. Но я протягиваю тебе руку, потому что мы одно целое. А ты, Мария, всегда была сильной! Ты всегда была над толпой. Я сразу это понял. Нам все равно быть вместе. Мы другие, и тут уж ничего не поделаешь. Так стали звезды… Возьми мою руку, Мария! – Он шагнул к Марии.
Карл издевательски захлопал. Эхо унесло звук хлопков кверху. И снова зазвучал в вышине колокол, словно отвечая…
– Мне кажется, я в театре, – громко и раздельно произнес Карл.
– Замолчи! – закричал Павел в бешенстве. – Ты мне вообще не нужен! Мария! Не слушай его! Я предлагаю тебе союз…
– Нерушимый… – подсказал Карл.
– Ты! – рявкнул Павел, делая шаг к Карлу. Пистолет плясал в его руке.
Мария вдруг прыгнула на Павла, зарычав, и вцепилась руками ему в горло. Павел выронил пистолет. Карл бросился к ним, и тут вдруг раздался спокойный негромкий голос:
– Всем стоять!
На пороге возник из ниоткуда невысокий человек с невыразительным лицом.
– Вы двое – к алтарю. Ты, – он кивнул Павлу, – стой, где стоишь. Быстро.
И было что-то такое в его негромком голосе, что никто не посмел ослушаться. Карл попятился к алтарю. Мария, с сожалением бросив Павла, присоединилась к нему. Взглянула вопросительно на Карла. Тот лишь пожал плечами.
– Теперь хорошо, – сказал человек, окидывая взглядом всех троих.
– Кирилл? – Павел шагнул к нему. – Зачем? Я и сам бы мог… Как вы сюда попали?
– Стоять! – повторил человек. – Как попал? Элементарно. Искал и нашел. А вы почему, собственно, прятались? Девушку бросили, убегали… Нехорошо.
– Я не прятался! Я…
