- Нам тоже нужно кое-что обсудить, Лина, - ухватив меня за подбородок, Сэтору заставляет посмотреть ему в глаза. – Как только дверь откроется, ты сразу же сделаешь то, что я тебе вчера показал.
- Но…
- Без промедлений, Лина. Твои сэ-аран не знают, что тебе что-то угрожает. И на случай, если я не успею их предупредить, ты должна это сделать. Этот щит не позволит никому прикоснуться к тебе без твоего согласия. Ни ментально, ни физически. Ни в нашем измерении, ни в подпространстве. Поняла?
- Да, я сделаю, - киваю твёрдо.
- Умничка, - награждает он меня коротким жарким поцелуем.
- У нас-с-с проблемы, - слышится внезапно голос приближающегося Чотжара. – Я связалс-с-ся с ни-одо С-с-са-ардом. Он буквально только что узнал, где находитс-с-ся его отец. Ни-одо Аракеш-ш-ш с-с-серьёзно ранен. Едва жив. Восстанавливатся в медкапсуле. Наследник Чёрных требует личной вс-с-стречи.
О небо. Так вот к чему было моё плохое предчувствие? Мысль о том, что Чёрный мог погибнуть, разыскивая «шептуна», заставляет сердце сжаться острым сожалением. Уж кому-кому, а этому хитрому змею я смерти точно не желала. Он всегда вызывал во мне искреннюю симпатию почему-то. Несмотря на то, что довольно часто пугал.
- Скажи Са-арду, что он может вместо отца одним из первых поприветствовать Повелителей в родном мире. Если поспешит. Заодно доложит всё, что ему известно о деле отца. Но ваш разговор пусть держит в строжайшем секрете, - велит Сэтору.
Но я его уже едва слышу. Меня внезапно накрывает неудержимой, почти болезненной потребностью. Тягой. Жаждой. Нити моей связи с мужьями натягиваются до предела, заставляя забыть обо всём на свете.
Вывернувшись из рук моего красноволосого супруга, я как в тумане иду к плите.
- Лина, - хватает меня за плечи Сэтору.
- Время пришло. Они пытаются открыть дверь, - шепчу я, делая ещё один шаг. – Неужели ты не чувствуешь?
- Возможно, - мрачно хмыкает он. - Что ж, давай попробуем.
К плите мы подходим вдвоём, держась за руки. И синхронно поднимаем свободные ладони. Точно как в моём сне.
- Не забудь то, что я тебе сказал. Сразу же ставь щит, как только дверь откроется, - велит мне муж, видимо, вспомнив о том же.
Я лишь киваю. Наши ладони соприкасаются с холодным металлом. Тот мгновенно нагревается, вспыхивая огненным рисунком. И практически сразу приходит ощущение, как из меня уходит сила. Буквально выкачивается, стремительным потоком устремляясь по нитям связи к Повелителям. То же самое происходит с Сэтору. Только если у меня даже ноги подгибаются от нечеловеческого напряжения, то он стоит нерушимо как скала.
Но вскоре всё выравнивается. Видимо в тот момент, когда мои сэ-аран начинают понимать, что именно происходит, и включаются в создание замкнутого кольца. Теперь наша общая на четверых энергия циркулирует по кругу, беспрестанно напитывая дверь.
Пока та действительно не начинает открываться.
Как и тогда, в моём видении, мы с Сэтору начинаем отступать, когда понимаем, что Врата теперь открываются сами. От бурлящих вокруг энергий закладывает уши и, кажется, вот-вот кровь из носу потечёт.
- Лина, делай щит, - велит мне муж, перекрикивая стоящий гул и заталкивая меня себе за спину.
Но я, как завороженная, не могу отвести глаз от двух высоких мощных фигур, что появляются в светящемся проёме. Они вернулись. Мы смогли. Это не сон.
- Лина, щит, быстро! – гаркает Сэтору, оглянувшись на меня. Вынуждая поспешно нырнуть в подпространство и, зачерпнув не только его энергию, но и, кажется, силу Повелителей, стремительно воссоздать по памяти те самые четыре символа, заученных вчера.
Вот только когда я, завершив круг и напитав его силой, поднимаю глаза, то в полном ужасе вижу, как в моего красноволосого супруга летит стремительная смертоносная тьма Са-оира, мгновенно сминая защиту и неотвратимо оплетая высокую фигуру матовым коконом. До ужаса знакомым. Ему не выстоять.
- Нет, - бросаюсь я вперёд. – Не надо, пожалуйста.
- Чотжар, уведи нашу сэ-авин отсюда, - холодно приказывает А-атон. - С ней мы потом поговорим.
Это подобно удару. Сердце взрывается болью.
Пол под ногами начинает дрожать. Слишком много энергии разлито вокруг. Пещера наполняется гулом, когда по стенам начинают бежать трещины. В пространстве вокруг меня схлёстываются в поединке три стихии. Пронизывая меня насквозь. Раня до крови.
Как они могут!
- Нет! – кричу, когда хранитель перехватывает меня за талию. – Нет!
И от моего крика, кажется, вздрагивает сам храм. Реальность взрывается вихрем искажений.
В душе вздымается шквал ярости и обиды, подпитанный бушующими в храме силами. Огонь сплетается с тьмой и светом, закручиваясь в сокрушительную воронку, выжигая меня изнутри.
Чувствую на себе пронзительные взгляды сэ-аран, но сама теперь вижу лишь искажённое лицо сражающегося с тьмой Сэтору. Он не заслужил этого. Не заслужил…
- Лина, пойдём. Ты можешь пос-с-страдать, - шипит мне на ухо Чотжар, пытаясь утащить меня от мужей и открытых Врат.
- Нет, я не позволю его убить, - рвусь из его рук. Не замечая, как чернеет, обугливаясь, бронзовая кожа на-агара, пытающегося меня удержать.
