— Та-а-м, — промямлила я генералу в грудь, даже не думая от него, такого большого и сильного, отстраняться. — Кажется они вылупились.
— Пойдёмте посмотрим. И оденьтесь, ради Стыдливой Заступницы, леди, — как-то глухо пробормотал генерал.
И вот эти его слова наконец-то вернули меня в чувства.
Но лучше бы не возвращали, потому что в жгучем стыде нет ничего приятного. Я, конечно, не ханжа и даже купила себе новый купальник, сшитый по смелым эскизам нашей императрицы Екатерины, и всерьёз планировала на каникулах надеть его на пляж. Но вот в туфлях и рубашке до середины бедра перед молодым красавцем-генералом щеголять оказалась не готова.
Я залилась краской и, забыв про все страхи, помчалась туда, где бросила одежду, наплевав на драконов. Какая разница, они меня сожрут или я со стыда сгорю?
Молниеносно скинула туфли и запрыгнула в брюки. На платье, которое вроде бы шевелилась, старалась не смотреть.
— Что за тряпка лежит на яйцах⁈ — завопил не своим голосом гоблин.
А я его и не заметила…
— Спокойнее, майор, вы сейчас добьете их своими ругательствами. Знаете же, как важно душевное состояние драконят в первые минуты рождения. Они и так получили моральную травму от того, что скорлупу накрыли тканью.
Я метнулась к платью, сдернула его и кинула на свои свертки. С ума сойти! Душевная травма от моего любимого платья! У чудовищ! Что эти мужчины вообще несут⁈
Коричневое с золотым яйцо вдруг разлетелось на куски, и из него выскочило маленькое голое чудовище такого же цвета. Оно кинулось мне на грудь, обхватило своими тоненькими лапками, уткнулась мокрым носом мне в шею и заплакало. Да так горько, так жалобно, что я прижала его тельце (очень, удивительно, даже приятное на ощупь! бархатистое и теплое) к себе и — о ужас! — поцеловала в макушку.
— Ну-ну, мой маленький! Всё хорошо, мамочка тебя от всего защитит, согреет и накормит, — сказала я чудовищу, похлопывая его по попе, и сразу же ощутила исходящую от него волну любви, благодарности и нежности.
Что происходит?
— Ну всё, одного потеряли, — зло процедил майор Вырвилап.
— Помолчи, Рогун, — шикнул на него генерал. О, его Рогун зовут? Надо запомнить! — Ты его сейчас вообще слизняком сделаешь.
Малыш задрожал, как будто эти слова его ранили, и я мгновенно взбеленилась, встав на его защиту.
— Мой Золотко никакой не слизняк! Он самый смелый и умный драконенок! — отрезала с вызовом.
Ну⁈ Кто посмеет мне возразить, м⁈
— Огрызок хвоста дохлой мразуньки! — выругался гоблин. — Поздно спасать. Родился из-под юбки, к мягким сиськам припал и имя дурацкое получил. Всё, не боец он, генерал. Можем в цирк списывать.
Вот тут я уже совсем разъярилась и почувствовала, как моя магия разгоняется по каналам, чтобы атаковать наглеца! Я запросто могла перекрыть гоблину дыхание, порвать сухожилия или сердце остановить!
— Майор, вон отсюда!.. — рявкнул генерал и стремительно закрыл Вырвилапа собой.
Я потрясла головой. Что на меня нашло? Да я муху убить не способна, а только что собиралась целого гоблина!
— … Так, хорошо, Равенна, дыши… успокаивайся… молодец, — уговаривал меня генерал, словно санитары буйно помешанного.
От Золотка потянулось умиротворение, и он тихонечко всхрапнул. Вот тогда я окончательно пришла в себя и начала догадываться о размахе свалившейся на меня катастрофы.
— П-простите, генерал, — прошептала, глотая слёзы. — Что произошло? Я не понимаю… Как так получилось? Я вообще драконов… — А вот вслух произнести «не люблю» у меня язык не повернулся.
Я замолчала, уставившись на Ксандора Драксена во все глаза.
— Ничего особенного, рядовой Ролс. Вы только что стали матерью дракона. Он на вас запечатлелся и приворожил к себе. Поздравляю, ближайшие годы вам точно не будет скучно. Воспитывать драконят гораздо сложнее, чем детей. И дороже. Как думаете, ваш отец выделит вам средства на его содержание?
Я прижала Золотко к себе еще крепче и сцепила зубы, чтобы не разрыдаться в голос. Нет, отец мне точно денег не даст. Выкинет к орку в степь вместе с драконом.
Я мотнула головой и сказала честно:
— В данный момент мы с отцом не в тех отношениях, чтобы я могла просить у него денег. Но я получаю стипендию. Подрабатывать тоже смогу… наверное…
Спросить про размер жалования я не решилась. На самом деле вопрос вообще надо было ставить иначе: что мне делать с драконом и почему его так сразу списали со счетов? для каких целей он в принципе предназначался? Но я не знала, как сформулировать это одной емкой фразой, поэтому просто жалобно смотрела на генерала.
И его сердце дрогнуло. Ксандер Драксен тяжко вздохнул, прошел в закуток и сгреб мои свёртки в охапку.
— Идемте со мной, Равенна. Пока готовят женскую казарму, поживёте в моем коттедже. Будет правильнее держать вас подальше от остальных яиц. Как бы вы нам весь выводок не запороли.
— С Золотком? — спросила я, хотя на языке крутились совсем другие вопросы: я буду жить с вами в одном доме⁈ а это прилично?