— А что насчет безопасности? На таких турбазах обычно словно проходной двор всегда. И зайти и выйти не проблема. А охранники если и имеются, то, как правило, у ворот сидят. Не более того.
— Там хорошие корпуса, отапливаемые и охраняемые. Кроме того, за тетей Милой присмотрят наши сотрудники. Так что можешь не переживать.
— Это пансионат полицейского управления?
— Для высшего начальствующего состава и их семей, подруга. Впрочем, иногда мы там важных свидетелей прячем. Так что не переживай. Там безопасно. Тем более что маньяк никак не сможет узнать, где тетя Мила находится.
— Хорошо. И спасибо тебе, Гена, за помощь и за то, что сразу отреагировал и все устроил.
— Вот это другое дело! А то я уже думал, что не дождусь от тебя простого «спасибо».
— Да ладно. Ты меня еще неблагодарной назови. Но мне одно непонятно, почему тетя Мила тебе сначала позвонила, а не мне?
— Она здраво рассудила, что полицию так и так вызывать и что мне звонить разумнее, меньше времени потеряется. А потом она собиралась тебе набрать, только я отговорил, заверил, что ты сейчас занята и что я сам все тебе расскажу.
— Понятно. Гена, а ты обратил внимание, что за нож торчал в сердце?
— Да кинжал какой-то, а что?
— Рукоять украшена какими камнями? И узоры по ней из какого металла были?
— Светлый металл, слегка потемневший от времени. И зеленые камни, блестящие такие.
— Кошачий глаз?
— Да, наверное, — недоуменно пожал Генка плечами.
— Значит, это кошачий глаз в серебре. Из того самого набора.
— Что за набор?
— Потом расскажу. Это довольно интересно. Правда, в расследовании не помогает пока никак. Пошли навестим патологоанатомов.
— Ладно, — пробормотал Петров, — а из важного мне ничего не нужно знать?
— Пожалуй, прямо сейчас могу сказать, что улики на маньяка должны быть железобетонные. Или брать его надо с поличным. Или ликвидировать во время ареста.
— У нас, в органах, обычно принято ликвидировать при попытке к бегству, — съязвил приятель. — А с чего вообще выводы такие дикие?
— Полагаю, этот тип способен нанять себе самого знаменитого и дорогого адвоката по уголовным делам в стране.
— Час от часу не легче, — буркнул Генка, и мы повернули в сторону здания морга.
Пока мы проходили широкое гулкое фойе, потом шли мрачноватыми из-за скудного освещения подвальными коридорами, я рассказала о визите к коллекционеру. А Генка успел мне сообщить, что криминалисты не обнаружили отпечатков пальцев ни на «подарках», что преследователь присылал Татьяне, ни на рукоятках кинжалов. Была смутная надежда заполучить отпечаток с последнего кинжала, но он оказался только частичным и сильно смазанным к тому же. Результаты осмотра мест, где преступник оставлял тела, тоже были более чем скромные. Он не оставил никаких следов или зацепок.
— Вот было бы здорово обнаружить место, где он их убивал! Там ведь сколько ни убирай, обязательно найдется хоть что-то полезное. Только нам до сих пор еще не повезло.
Патологоанатомы провели вскрытия всех обнаруженных жертв и лишь подтвердили предварительные выводы. Преступник убивал женщин при помощи удавки, сделанной из какой-то мягкой ткани. Потом, сразу же после смерти, вскрывал грудную клетку и вырезал сердце. На телах он тоже не оставил никаких улик.
Мы простились с медиками и отправились на стоянку, с тем чтобы разъехаться каждый в свою сторону. Генка собирался вернуться в управление, а я планировала ехать домой к Татьяне.
— Жень, что же нам так фатально не везет-то? — вскричал приятель, выйдя на свежий воздух и закуривая сигарету. — Будешь? — протянул он мне пачку.
— Нет, не хочу.
— Ни улик толковых, ни свидетелей. Вот с чего ему столько счастья?
— Я давно поняла, что у преследователя высокий уровень интеллекта. Плюс он давно готовился к преступлениям и все продумал, даже на животных потренировался. И хотя определенную долю везения тоже никто не отрицает, боюсь, не все так просто, и у маньяка есть прямой доступ к информации, которая касается Татьяны, ее планов, передвижений и многого другого.
— И что же тогда делать?
— Не знаю. Попробую с помощью системного запуска «дезы» выяснить, кто является источником утечки, потом изолировать его. Или, если это возможно, подбросить дезинформацию противнику. А дальше действовать по обстоятельствам.
— Что ж, это уже похоже на сформированный план. А что делать мне?
— Попробуй зайти с другой стороны. Выясни личности жертв, изучи образ жизни каждой из них. Где бывали, чем увлекались. Попробуем выяснить, как маньяк их выбирает. Может, здесь повезет, и найдутся общие точки соприкосновения, которые помогут нам выйти на его след. Потом, возможно, получится найти вторую зацепку.
— Какую?
— Ты очень внимательно должен следить за пустырем в заводском районе. Подумай, может, стоит патрули усилить?
— То есть тех, что есть, там уже мало? С чего бы это?
— Подумай сам. Маньяк прислал очередное сердце.
— Да, прислал, и что такого?
— Значит, ему нужно избавиться от очередного тела. Так?
— Разумеется, — согласно кивнул Генка, — и что?
