— Значит, так, от этого угла пройдешь наискосок к тому углу и выйдешь в дальнюю дверь.
— Чо ж… свет надо выставить, — заупрямился Саня.
— Какой свет, але? — взорвался оператор. — Ты нас тут четыре часа трахал: «Поехали домой!» А сейчас, когда все сняли, свет будешь выставлять?
— Спокойно, ребята, — вступилась Снежана. — Александр Иванович, ведь барабашки в темноте ходят, на свету их не видно!
— Да мы его все равно зарапидим и замикшируем с голой стеной, чтоб прозрачным был, пусть уже идет! — вскипела Светка.
Снежана положила руку Сане на плечо и доверчиво заглянула в глаза.
— Ну ладно, — крякнул осветитель и встал на исходную точку, — непрофессионально все это!
— Внимание! Пошел! — гаркнул оператор.
Саня надул грудь, поднял подбородок и неспешной походкой императора перед строем солдат двинулся по комнате. Актеры прыснули в кулаки, Светка скривилась, обхватив голову руками.
— Сан Иваныч, ну, полтергейсты так не ходят! Будьте проще, будто к ларьку за водкой идете.
Саня взбунтовался:
— А если этот полтергейст важной особой был?
— Нет, по сценарию он был говнюком и алкашом! — Светка закипала.
— Не буду играть! — отрезал Саня.
— Да и пошел к чертям собачьим, задолбал всех сегодня! — сорвалась корреспондентка.
— Ребята, без паники, сейчас все сделаем, — голос Снежаны обволакивал и баюкал. — Санечка, родной, я буду стоять за дверью, а ты пойдешь на меня, так, будто хочешь мне подарить цветы.
— Эт я могу, — осклабился Саня. — Камера готова? — грозно спросил он оператора.
— Да готова, иди уже, влюбленный барабашка!
В более идиотском образе Саню нельзя было и представить: он расстегнул пиджак, сунул руку в карман и вразвалочку, по-матросски тронулся к вожделенной двери. Актеры заржали в голос, Светка тихо затряслась, сдерживая истерические слезы. Снежана в проеме открытой двери призывно тянула к нему руки. Неподвижным оставался только оператор. Он довел до конца панораму и рухнул на колени.
— Стоп, снято! Светик, убей, я больше этого не вынесу.
— Всем спасибо, все свободны! — подытожила Светка, растирая тушь по всему лицу. — Этот день я не забуду никогда.
Наконец все собрались на кухне, выпили, закусили Снежаниными бутербродами. Хозяйка посадила Саню рядом с собой и всячески обхаживала. Осветитель млел, смеялся и травил анекдоты, которые никто не слушал.
— Без тебя я бы не справилась, — шепнула Светка на ухо Снежане. — Как ты его обезвредила? Теперь понимаю, почему мужчины из-за тебя дерутся.
— Терпение и умение слушать сломают любого дурака, — пропела мудрая подруга.
Разъезжались за полночь. Снежана всех расцеловала и напоследок подмигнула Сане:
— Ну что, Александр Иванович, когда-нибудь осчастливите меня? Выставите свет, как раньше, правильно, профессионально? Сделаете снимок, где я красивее себя самой?
— Чо ж! — воскликнул помолодевший Саня. — Конечно, хоть завтра!
— Ну, тогда созвонимся! Возьмете телефончик у Светки.
Она села в свой неоновый «мерседес» и растворилась в темноте. Съемочная группа тоже погрузилась в старенький «опель». Пробки уже рассосались, дорога была свободной. Суматошный день завершился, все были счастливы и благосклонны друг к другу. Саня даже не стал отодвигать сиденье назад. Узкое пространство между креслом и приборной панелью, куда загнала его днем Светка, теперь казалось свободным и комфортным. Он чувствовал, будто в горящем безнадежном танке открылся люк и над головой появилось спасительное синее небо. Возвращаться домой было не страшно: Саня знал, что накупит яиц и шпротов, сделает бутерброды и будет счастлив. И что назавтра позвонит Снежане и организует самую лучшую фотосессию в ее жизни. Водитель рассказывал что-то смешное, на заднем сиденье гоготали Светка, оператор и звуковик. Возбужденный Саня тоже начал острить и хохотать над своими шутками. Все было феерично, радостно, наполнено смыслом. И никто не понял, почему машина вдруг понеслась не по шоссе, а по обочине. И почему справа от дороги вырос столб. И почему, заскрежетав тормозами, «опель» обнял этот столб, расплескав по асфальту передние фары.
Водитель, отчаянно матерясь, в бешенстве ударил кулаком по рулю и обернулся назад:
— Все живы-здоровы?
— Всееее, — проблеяли испуганные пассажиры.
— Похоже, колесо спустило, твою мать! Теперь меня точно уволят. Выдают колымаги, а они бьются на дорогах как склянки.
Все вышли на шоссе, достали сигареты, закурили. Светка обогнула машину и вместе с водителем стала рассматривать место повреждения. Было темно, она включила фонарик на мобильнике и направила его вверх. Сигарета выпала из ее рта. На лобовом стекле внутри салона распластался злосчастный осветитель.
В больнице Саня провалялся несколько месяцев. Серьезное сотрясение мозга, три сломанных ребра, отбитые внутренние органы. Как подтвердила экспертиза, он даже не был пристегнут. Поначалу к нему в палату приходили друзья по цеху, начальник Василь Василич и даже пару раз заехала Светка Синицына.
— Ну как там Снежаночка? — с надеждой спросил ее Саня в первый визит. — Знает, что со мной случилось?
— Знает, очень сочувствует, — соврала Светка.
