– Доброе утро, Аня! Концерт в Альберт-холле был превосходен. Там было много богатых русских. С большинством из них я не был знаком, но они подходили ко мне и спрашивали про отца. Забавно, что они знают меня через отца. Мистер Горбачев выглядел немного усталым, и я не встретился с ним лично… впрочем, я никогда не встречался с ним лично и до этого. Я снова вернулся домой поздно ночью, но отлично выспался. Надеюсь, у тебя все хорошо. Диро.
– Отличные новости! Рада, что тебе понравилась вечеринка! Сколько людей там приблизительно было? Что касается меня, сын «заразил» меня социальными сетями. Так что последние два дня я сижу в Facebook, общаюсь с коллегами и людьми, встреченными во время путешествия по Индии. Скучаю по тебе и жду новых фотографий. Быть может, с твоими друзьями, лошадьми или во время уроков каратэ. Кстати, сколько у тебя учеников? Обнимаю. Аня.
– Народу было полно. Я думаю, по меньшей мере, человек двести. Скоро пришлю тебе новые фотографии. У меня около ста пятидесяти учеников от восьми до пятидесяти пяти лет, мужчины и женщины. Лучшие уроки – когда родители занимаются с детьми. Береги себя. Диро.
Закончилась эта красивая история так же внезапно, как и началась. Я уже практически паковала чемоданы в Англию, где меня не особо ждали с распростертыми объятиями. И вдруг встретила друга детства, с которым в очередной раз поняла – русского мужчину не заменит никакой иностранец. Прощай, мой английский жених!
В октябре прошлого года сердце позвало меня в тихий подмосковный городок Видное. До школы я жила здесь с бабушкой, а родители жили и работали в Москве. Затем они забрали меня к себе, и бабушку я навещала по выходным и каникулам. А лет в шестнадцать я так увлеклась личной жизнью, что и вовсе перестала бывать у нее. Впрочем, бабушка стала уже старенькой и вскоре сама перебралась к нам в Москву, где и умерла. Квартира ее вначале пустовала, потом сдавалась. И, наконец, согнав съемщиков, я через много лет вернулась в город своего детства.
Пару месяцев я обживала квартиру, приживалась и так много работала, что видела Видное только из окна автобуса. И лишь в конце ноября я выбралась на прогулку по городу. За мной приехала видновская подруга Саша, и мы отправились исследовать окрестности на машине.
Первым делом мы остановились в месте, с которого можно было издалека посмотреть на бывший когда-то бабушкиным огород. Правда, теперь там понастроили так много новых домов, понаставили гаражей и прочих препятствий, что огород я так и не разглядела. Зато обратила внимание на рощицу, рядом с которой мы припарковали машину. Стою, смотрю на нее, и вдруг что-то всколыхнулось у меня в груди. И вначале неясное, а потом четкое возникло воспоминание, связанное с этой рощицей. Здесь я первый или, если уж совсем честно, второй раз в жизни поцеловалась с мальчиком. Со своим первым мальчиком – Юрой.
Мы познакомились с Юрой на железнодорожной станции «Нижние котлы». Тогда была пора рейверства – продвинутая молодежь носила яркую одежду и слушала кислотную музыку. Соответственно, я в своем серебряном костюме и он в ярко оранжевой футболке сразу же заметили друг друга в толпе и, сев в электричку, уже весело о чем-то болтали. Оказалось, что мы оба едем в Видное и живем там рядом. Зато в Москве – на разных ее концах. Однако Юра был такой умный, начитанный, воспитанный и веселый мальчик, что «разные концы» не помешали нам начать встречаться.
Из истории наших встреч я ярко помню несколько моментов. Первый – как мы ходили к бабушке на огород, а потом везли из Видного в Москву клубнику. Я была в фиолетовом платьице в цветочек, которое сшила на уроке труда, а Юра – с корзиной в руках. Такие, блин, огородники!
Второй момент – как мы гуляли по Красной площади и пили яблочную фанту. Я ее тогда первый раз в жизни попробовала. Эх, много что было в четырнадцать лет первый раз в жизни! Вот, например, когда мы искали в Северном Речном порту какой-то закрытый рейверский клуб, Юра впервые поцеловал мою грудь. Я тогда жутко испугалась, как бы чего не вышло. Однако дальше этого не зашло. Так, обнимашки, целовашки, сидения на коленочках. Как-то за этим делом на автобусной остановке рядом с домом нас застал мой папа. Такой скандал учинил, мол, что ты меня в четырнадцать лет на весь двор позоришь. Пришлось искать другие остановки.
Еще Юра подарил мне «Птюч» – настоящий рейверский журнал. Подарок по тем временам настолько дорогой моему сердцу, что хоть замуж выходи. Однако замуж я выходить не спешила. Я была совсем девочкой и притом очень свободолюбивой. А мальчик, между тем, начал свободу мою ограничивать. Через недели две знакомства я уехала отдыхать, а когда вернулась – он подробнейшим образом стал расспрашивать меня, как да что. Да таким тоном, как будто какие-то права на меня имел. Мне это не понравилось, и мы расстались.
Теперь же, по прошествии пятнадцати лет, мне жутко захотелось увидеть Юру. Какой он, чем занимается, женат ли? Такое любопытство меня разобрало, что я даже в Интернете его поискала. Однако не нашла.
