Она была так хороша в своем горе, что Равана против воли залюбовался ею.
- Нет, тебе еще рано покидать этот мир, моя райская птичка, - с неожиданной хрипотцой в голосе сказал он, сам удивляясь тому сердечному волнению, которое в нем вызвала эта слепая девушка. Сандип в свою очередь рванулся к жене, но наемники снова скрутили его и потащили к выходу, не обращая внимания на его угрозы расправиться с ними. Амрита бросилась в сторону их удаляющихся шагов, но Равана перехватил ее на дороге и с силой привлек к себе.
- Ах, не убивайте Сандипа! – снова заплакала Амрита, не оставляя попыток выполнить свое намерение последовать за мужем.
- Успокойся, никто не собирается убивать твоего супруга, луноликая пери, - с несвойственной ему мягкостью произнес Равана. – Мы его только подержим в слоновнике, пока он не станет более благоразумным.
- Вы говорите правду, господин Равана? – недоверчиво всхлипнула Амрита, но ее незрячие глаза засияли светом надежды. Ей в эти страшные минуты пленения мужа больше всего была нужна вера в то, что с ним не случится ничего плохого.
- Конечно, я же не зверь какой-нибудь и не бездушное чудовище, - утвердительно произнес злодей, сам удивляясь своему поведению. Он никогда не грешил состраданием, и к тому же презирал жалостливых людей, считая их ничтожными слабаками.
- Благодарю вас, - прошептала Амрита и от избытка волнения лишилась чувств. Равана еле успел подхватить ее и прижать к своей груди.
- Что с нею? – с нескрываемой тревогой произнес он.
- Не беспокойтесь, господин Равана. Девчонка просто сильно испугалась за мужа, только и всего, - подобрастно ответила Шьямалла. – Отдайте ее на попечение ее няни, и она быстро придет в себя.
- Верное решение, - одобрительно отозвался Равана, и сам отнес бесчувственную девушку в кабинет, где положил ее на широкую тахту. Уна тут же начала хлопотать возле своей воспитанницы и, убедившись в том, что Амрита находится в надежных руках, Равана, отдал ряд распоряжений, а также на всякий случай поставил двух сторожей в коридоре. Этот кабинет был единственной комнатой в доме, которая крепко запиралась на ключ, но он только что убедился в недостаточной надежности такого содержания пленницы и приказал усиленно сторожить ее в месте заточения.
После этого Равана устроился спать в хозяйской спальне, но долго не мог уснуть из-за потока новых ощущений. Неожиданная, никак непредвиденная им любовь к юной девушке, которая была в четыре раза моложе его самого, в один миг завладела его сердцем и сладким ядом разлилась по жилам. Равана не думал, что когда-нибудь будет испытывать целую гамму любовного трепетного чувства. Он довольно рано охладел к женщинам, уже в тридцать лет они перестали волновать его, и все, что его интересовало – это успех и деньги. Но зрелище прекрасной девушки, которая, рыдая, боролась за то, чтобы вопреки всему быть вместе со своим любимым мужем перевернула все его представления о мире, изменило все его планы, вызвало дикую ревность к Сандипу и желание быть на его месте. В мозгу Раваны волнами рождались неистовые фантазии о любви Амриты к нему - Раване, а не к молодому каскадеру, они приносили ему несказанное наслаждение и удовольствие. То ему представлялось, как Амрита своими нежными руками обвивает его короткую шею, застенчиво шепча признания; то ему виделось, как он сам покрывает тело Амриты пылкими поцелуями. В душе злодея воцарилась странная уверенность, что когда-нибудь сердце юной слепой красавицы, родителей которых он убил, непременно будет принадлежать ему, и эта мечта убаюкала его, как самая лучшая колыбельная на свете. Равана пошевелился, удобнее устраиваясь на ложе, уронил голову на подушку и захрапел во сне.
Утром босс преступной группировки поднялся с постели, исполненный свежих сил и велел позвать к себе своего компаньона Раджана Мехри с супругой.
Когда те, послушные его зову, явились через несколько минут, он с улыбкой, показавшей все его длинные, изрядно пожелтевшие зубы, спросил:
- Раджан, госпожа Шьямалла, что вы скажете на то, если я породнюсь с вами?
- Это было бы для нас величайшим счастьем, господин Равана, - льстиво ответила ему Шьямалла.
- И большой честью, - вставил Раджан. – Но каким образом мы может породниться с вами?
- У меня в отношении вашей племянницы изменились планы, - начал объяснять им Равана. – Амрита прекрасна как десять тысяч небесных апсар и я хочу, чтобы эта благоухающая роза всегда украшала мой дом. Кстати, Раджан, ты просил, чтобы я отдал под твое управление сеть моих делийских казино? Считай их своими, если тебе с женой удастся уговорить твою племянницу выйти за меня замуж.
- О, господин Равана, вы необычайно щедры! – с восторгом произнес Раджан.
- Мы постараемся убедить Амриту отдать вам свою руку, - заверила своего босса не менее обрадованная, чем ее муж, полученным предложением Шьямалла.
- Тогда не медлите! Я поеду в деревню разбираться с крестьянами, а вы ступайте к Амрите. Когда я вернусь, вы должны сообщить мне о ее согласии, - решительно сказал Равана.