В результате несчастного случая в море Алли оказалась на частном пляже. Спасение пришло в лице красавца Анджело Ричи, владельца пляжа и роскошной виллы. Из‑за травмы Алли потеряла память и вынуждена жить в доме своего спасителя. Однако этот мужчина утверждает, что она его бывшая жена, которая жестоко обманула его. Вскоре Алли догадывается, что, несмотря на обиду и злость, он по‑прежнему увлечен своей женой…
Внимание Анджело привлек крик. Выйдя через балконную дверь, он увидел садовника Энцо, склонившегося над балюстрадой нижней садовой террасы.
Энцо смотрел в сторону моря, потом обернулся, увидел Анджело и настойчиво помахал ему рукой.
— Человек!
Анджело нахмурился. Зрение у Энцо было не очень хорошим, вскоре ему предстояла операция по удалению катаракты. Наверное, он ошибся.
— На пляже человек!
Анджело сорвался с места. С каждым шагом он убеждал себя, что на пляже заблудший турист, который решил позагорать на уникальном бледно‑розовом островном песке. Но, учитывая усиливающийся ветер и зловещие тучи на ярко‑синем небе, турист выбрал неподходящее время. Ожидался сильный шторм.
Должно быть, незнакомец просто не знал, что бухта частная, и вышел на берег с лодки. Каждый местный житель уважал частную жизнь Анджело Риччи, поэтому не подплывал на лодке к его дому.
Анджело резко остановился рядом со своим садовником и уставился на женщину, лежащую лицом вниз в конце пляжа. Он затаил дыхание, рассматривая ее.
Нет, она явно не загорала. Большая часть ее тела лежала в воде, у нее были стройные ноги. Волны приподняли ее широкую белую футболку над бедрами. Женщина не двигалась. Ее голова и вытянутая рука лежали на выступе скалы над водой.
— Вызови врача!
Анджело перепрыгнул балюстраду и поспешил к лестнице, ведущей на пляж. С тех пор как он услышал крик Энцо, прошло всего несколько минут, но они показались ему вечностью.
Анджело словно смотрел кино в замедленном режиме. При этом он судорожно соображал, что ему дальше делать. В последний раз нечто подобное он испытывал во время восхождения в Доломитовых Альпах на севере страны. Тогда он и его напарник спасли двух новичков, попавших в беду. Один сломал несколько костей при падении, а у другого началась паника. Потребовалось немало изобретательности, чтобы доставить людей в безопасное место.
Подойдя к женщине, Анджело опустился на колени, стараясь не прикасаться к ней. Он осторожно взял ее за руку и нащупал пульс — сильный и размеренный.
Облегчение нахлынуло на Анджело как теплый прилив. Он сел на корточки и тяжело вздохнул. Женщина жива и вроде бы не ранена. На влажном песке и темных скалах не было крови. У незнакомки — безупречная кожа с россыпью веснушек на руках. Она была слегка загорелой и определенно являлась туристкой, а не местной жительницей. Здесь, на юге Италии, у людей обычно кожа оливкового оттенка.
Он понятия не имел, повредила ли она спину или голову о камни. Лучше дождаться врача.
Анджело посмотрел на кобальтовое море, и его волнение усилилось. Материк достаточно далеко, лодки не было видно. Потом он вспомнил, что слышал шум моторного катера у скал. Но если женщина была на катере, где сейчас этот катер?
Сейчас не время для размышлений. Наклонившись над женщиной, Анджело осторожно отвел с ее лица мокрые каштановые волосы. И нахмурился.
Осматривая ее скулы, нос и бледные полные губы, он вздрогнул.
Ему знакома эта женщина.
Он узнает этот профиль где угодно, потому что помнил, как склонялся над ней, когда свет раннего утреннего солнца заливал его спальню. Она лежала, растянувшись, на его возбужденном теле, и улыбалась.
Анджело моргнул, отгоняя воспоминание.
Немногочисленные веснушки выделялись на неестественно бледном лице женщины. Ее бровь была по‑прежнему красиво изогнутой и выглядела естественнее, чем пять лет назад.
И все же она не казалась старше, напротив, даже моложе, чем раньше.
Анджело шмыгнул носом, ощущая, как тепло окутывает его онемевшее от шока тело. Она тратила целое состояние, чтобы сохранить свою внешность, утверждала, что это необходимо из‑за ее работы, но ею двигало еще и тщеславие. Она воспринимала старение как личное оскорбление.
Он прищурился, заметив пятно темного цвета в ее мокрых волосах. Едва он успел к ней наклониться, как ее ресницы затрепетали. Или ему показалось? Анджело пристально смотрел на нее, отмечая любое движение.
На ее гладком лбу появилась морщинка, а над носом — тонкие вертикальные линии. Анджело поймал себя на мысли, что, когда она хмурится, ее бесхитростное лицо становится милее.
Бесхитростное? Он горько усмехнулся.
Эта женщина была самовлюбленной и коварной лгуньей.
Стоя на коленях рядом с ней, он задумался о том, как странно, что ее выбросило на его частный пляж.
Анджело Риччи больше не был легковерным. Однажды он доверился женщине и пострадал от этого.
Она нахмурилась, и в уголках ее рта появились крохотные морщинки. Судя по выражению ее лица, ей больно. Или она притворяется.
Может быть, она вообще не пострадала? Ее ресницы снова затрепетали, и она простонала. Этот тихий звук, несмотря на подозрительность Анджело, терзал его совесть. Наверное, она в самом деле ранена.
Он наблюдал, как она сглотнула, вздрогнула и облизнулась.
