– Ты австралийка, – произнес он, и она кивнула, смотря на него блестящими глазами. – Когда мы познакомились, ты жила в Европе и работала моделью. Ты не участвовала в показах самых престижных коллекций. Ты рекламировала спортивную одежду, купальники и нижнее белье.
Выражение ее лица изменилось, уголки глаз опустились. Возможно, ей не понравилось напоминание о том, что она не достигла тех высот, к которым стремилась.
– А моя семья? Где я жила в Австралии?
Анджело покачал головой:
– Не знаю. Ты ни разу не упомянула, откуда ты родом, и сказала, что у тебя нет близких родственников.
Позже Алекса говорила, что ее родители умерли и она была единственным ребенком. Сначала Анджело подозревал какую-то семейную трагедию, поэтому не донимал ее расспросами. В конце концов, он знал, как тяжела ранняя потеря отца.
– Я понимаю. Что-то еще? Где я жила?
– Ты снимала квартиру в Риме, но потом ушла оттуда. Ты поссорилась с соседом по квартире.
– Она тоже была моделью? Ты знаешь ее имя? Наверное, я смогу ее разыскать.
Анджело покачал головой. Ему не хотелось сочувствовать женщине, которая ворвалась в его жизнь, как разрушительница. Даже сейчас ему не терпелось встать и уйти. Он приложил все усилия, чтобы вести себя вежливо. Он обещал доктору, что позаботится о ней. Анджело сделает все возможное, чтобы вылечить ее физически. И тогда она уедет отсюда навсегда.
– Понятия не имею. Но твоим соседом по квартире была не женщина, а твой любовник.
Она округлила глаза и открыла рот, словно не представляла себя с мужчиной. Анджело усмехнулся.
– Мой любовник?
– Ты переехала оттуда, забрав все свои вещи.
– Понятно.
Она снова прикусила нижнюю губу, и Анджело почувствовал возбуждение. Знает ли она, что привлекает внимание к своему соблазнительному рту?
Вопреки желанию, Анджело уставился на ее грудь под рубашкой, испытывая слишком знакомое напряжение. Сексуальное напряжение, из-за которого он однажды потерял бдительность, и столкнулся с катастрофическими последствиями.
За прошедшие годы Алекса изменилась. Она набрала вес, ее женственные изгибы стали выразительнее, хотя она по-прежнему была стройной. Потрясенный своими размышлениями, он поднял глаза. Она не замечала его реакции, и он задумался. Когда-то Алекса отслеживала каждый нюанс на его лице, в теле и голосе. Она исследовала его и научилась предугадывать его желания.
Анджело выпрямился и быстро отметил другие изменения в Алексе. Она выглядела такой же молодой и свежей, как и пять лет назад. Но она иначе носит волосы – не зачесывает их гладко, а небрежно распускает по плечам. Ее волосы стали другого оттенка – темно-медового вместо светло-золотистого, и на ее лице были веснушки, которых он не помнил раньше.
Она пригладила рукой волосы, и он обратил внимание на ее короткие, не накрашенные ногти. Прежде она предпочитала длинные ногти, которые красила в зависимости от цвета каждого нового дорогого наряда.
Она пошевелилась, и вдруг Анджело обнаружил, что смотрит в ее широко раскрытые глаза чарующего сине-лилового оттенка. Его сердце забилось чаще. Алекса была потрясающей женщиной, несмотря на все ее недостатки.
– Откуда мы знаем друг друга, Анджело?
Он прислушался к тому, как она произнесла его имя. Алекса всегда гордилась тем, что говорит по-итальянски без акцента. Теперь она произнесла его имя немного по-другому, словно притворяясь, что не знает итальянского языка.
Его захлестнули глубокие эмоции: стыд, сожаление и отвращение к самому себе за то, что он позволил ей одурачить себя. Он пообещал умирающему отцу, что защитит мать и сестру, но подвел их и своего отца. Он нарушил их священное доверие, позволив этой женщине причинить им боль.
– Тебе нужно отдохнуть, – отрезал Анджело. – Мы продолжим позже, когда ты окрепнешь.
– Нет! – упрямствовала она. – Мы хорошо знали друг друга?
Он скрестил руки на груди и посмотрел ей в глаза:
– В каком-то смысле мы знали друг друга очень хорошо. – Он увидел, как она испуганно округлила глаза. – Ты была моей любовницей и женой.
Алли уставилась на мужчину напротив себя, который смотрел на нее холодными глазами и ухмылялся. Тонкие волоски на ее руках приподнялись, а затылок напрягся.
Он говорил с ней пренебрежительным тоном, словно ей не было места в мире, кроме как рядом с Анджело Риччи. Волна ужаса захлестнула Алли, она стиснула зубы, борясь с отчаянием. Судя по враждебности в его карих глазах, он намеренно ведет себя жестоко.
– Твоя жена? – спросила она и почувствовала тепло в груди и внизу живота.
– Да.
– Мы все еще женаты?
Анджело резко и красноречиво покачал головой.
– В разводе, – с презрением ответил он.
Глядя на него, она сомневалась, что он сожалеет об их расставании. Он совсем не выглядел как влюбленный.
Она поджала губы.
– Это все, что ты хочешь сказать?
Он пожал плечами:
– Разве этого недостаточно?
Он прав. Этого более чем достаточно. Алли откинулась на спинку стула, у нее закружилась голова, а сердце забилось как сумасшедшее.
