— Идиоты! — воскликнула она. — Неужели вы думаете, что можете противостоять эрфам? Они сильны, они гораздо могущественнее нас. Вспомните, кто смог пробудить и подчинить себе неведомую силу! Арелон?! Да известно ли вам, что все остальные правители уже перешли на сторону бывшего врага?! Все! Мне рассказали об этом. Мой медальон последний в этом узоре, остальные уже сложены воедино. Пора вновь обратиться к высшей силе, настало время постичь все тайны! Не стоит сопротивляться судьбе, Тахлар. Примите наше поражение, и новая жизнь откроется вам! Она, безумно смеясь, развела руки, словно преподносила нам целый мир. В этот момент ее и поразила стрела Эрегона. В самое сердце.
Мы похоронили свою королеву среди гор, спрятав в ее гробнице и медальон. Мы не знали, что делать с талисманом. Поверив словам правительницы, мы опасались хранить его у себя и больше не надеялись на помощь других кланов, принявших темную сторону. Эрфы победили. Мы же хотели остаться в этих местах и охранять могилу своей королевы. Пусть в памяти эльфов она навсегда останется той прекрасной и жизнерадостной Амалаэ, которую знали мы все.
Вскоре нам стало известно, что в наше отсутствие эрфы, обманутые в своих ожиданиях, уничтожили наш город. Не было больше дворца. Не было эльфов. Не было больше восточного клана. Уцелевшие эльфы разбрелись по разным частям света. Мы же вернулись в горы, чтобы и дальше нести свой караул».
Сен-Жермен замолчал. Я потрясенно молчала.
— Как же они могли поверить, что все мы предали их? — воскликнул Сен-Жермен. — Просто поверить на слово ослепленной колдовской любовью Амалаэ?!
Сен-Жермен сокрушенно качал головой.
— Здесь еще что-то написано, — сказала я, перевернув страницу, и Сен-Жермен снова погрузился в чтение:
«У гробницы Амалаэ появились люди. Здесь начались раскопки. Живя среди людей, я и моя сестра выбрали профессию историков, потому без труда мы присоединились к экспедиции. Вскрыв гробницу, археологи в полнейшем восторге осматривали мумию. Мы же с Ладой сразу заметили край серебристого свертка, прикрытого камнем. Используя магию, мы смогли отвлечь внимание людей и незаметно для них забрали сокровище из гробницы. Сразу после этого я начал поиски оставшихся восточных эльфов. Я хочу возродить наше сообщество, выбрать правителя и вручить ему медальон. Пока мне удалось найти небольшие поселения эльфов, разбросанные по стране. Ко мне также попала рукопись с историей Амалаэ. Медальон хранится у Лады. Она полюбила человека. Я продолжаю свои поиски…
— Это писал Влад? — тихо спросила я.
— Да. Теперь мы знаем всю историю восточных эльфов.
— Неужели ты не пытался узнать ее раньше?
Сен-Жермен вздохнул и развел руками:
— Пытался. Потеряв из виду Амалаэ, я отправился на Восток. На месте их бывшей столицы оказались сплошные руины. Эти земли были во власти эрфов, цверги рыскали повсюду. Тайник Амалаэ оказался пуст, поэтому рассказ восточных эльфов о нападении на королеву полностью подтверждался. Оплакав свой погибший народ, я решил, что четвертый правитель больше не нужен, раз нет ни сообщества, ни медальона.
— Какая ужасная история, — со слезами на глазах прошептала я.
— В истории любого народа есть свои большие трагедии. — Сен-Жермен подставил мне свое плечо. — Отдохни, Эмма, я чувствую, что твои силы на исходе. Поспи, а я еще раз обдумаю рассказ Тахлара.
— Я не могу спать, — сказала я, роняя слезы. — Мне так плохо, что хуже не бывает, я теряю всех, кого люблю, это невыносимо больно, и становится только больнее, когда я закрываю глаза.
Сен-Жермен стал гладить мою голову.
— Успокойся, Эмма, все проходит. И плохое тоже.
От его рук по моему телу волнами разливалось тепло и благодатный покой. Мои чувства притуплялись, а веки тяжелели, и я с благодарностью опустила голову на плечо эльфийского короля.
В аэропорту Шарль-де-Голля наша группа распалась: Ренард отправился в Этамп, эльфы-воины остались в Париже, а мы с Сен-Жерменом вылетели на Корсику.
Было раннее утро, и Элен еще спала, поэтому Сен-Жермен, оказавшись в ее доме, взял на себя роль хозяина и проводил меня в комнату, в которой я ночевала в прошлый раз. Из всех благ цивилизации для меня сейчас самой желанной была ванная комната. Проведя там целый час, я, наконец, вышла и увидела Элен, скучающую у окна. Увидев меня, она улыбнулась и шагнула мне навстречу, раскрыв объятия:
— Ну, здравствуй, беглянка!
Как же я была рада снова видеть Элен, ее открытую улыбку и удивительные глаза, цвета лесного ореха!
— Здравствуй, Элен! — просияла я.
Казалось, я вернулась домой после долгого отсутствия, пережив многие тяготы и невзгоды. Я верила, что Элен не оставит меня в беде и облегчит мои страдания. Мне так о многом хотелось ей рассказать и о многом спросить! От волнения я задохнулась и беспомощно развела руками.
— Ну, только не плачь, Эмма! — воскликнула эльфийская королева, заметив слезы в моих глазах. — Пойдем, поешь для начала.
