На следующий день, после того, как Билл Томпсон вызволил ребят, пятнадцать тысяч студентов окрестных колледжей в классических выпускных костюмах пришли послушать "закоренелых преступников" из Сан-Франциско, играющих "кислотный рок".
Они знали, что это такое?
Нет.
Они знали, что можно встать и танцевать?
Нет.
Они сидели на своих местах, одетые в строгие смокинги и корсажи, но горячо хлопали после каждой песни. Они не умели по другому; где им было научиться?
Тупые взрослые - другое дело. Богатые меценаты респектабельных картинных галерей получают приглашения на концерты, проводимые "Обществом друзей культуры" (или чем-то подобным), где смотрят на этих
Тогда радиомикрофоны только-только появились, и в музее Уитни я впервые опробовала это устройство, значительно облегчившее мне жизнь впоследствии. Кто-то вложил его мне в руку и сообщил, что я могу пользоваться им в любой точке зала. Меня это впечатлило и вдохновило, поэтому еще в лифте, по пути на первый этаж, я решила немного поговорить. Музыка еще не началась, меня они тоже не видели. Я сказала в микрофон: "Привет, вы, придурочные суки! У вас, небось, Рембрандты в столовых и "Роллс-Ройсы" в гаражах? Только вот ваши старые пердуны у вас клитора не найдут, даже если у вас смелости хватит наконец-то им свою дыру показать!"
Я сделала еще несколько подобных замечаний. Кажется, им не понравилось. Замечу, что остальные члены группы не были склонны разогревать публику таким же образом. Они были
Вы думаете, я была в это время под кайфом? Угадали. Если наркотики принимать в правильных дозах, они способны разрушить все запреты (
Пока можно было без проблем достать ЛСД, приходилось опасаться "дозеров". Кислота безвкусна, бесцветна и эффективна даже в самых маленьких дозах, ее легко подсыпать кому-нибудь так, чтобы он об этом не узнал. Я такими вещами не занималась, но ребята из других групп иногда подсыпали немного кислоты в бутылки "7Up", стоявшие в гримерке. Утолишь жажду, и вдруг замечаешь, что стены зеленеют и оплывают, чувствуешь себя Наполеоном - а тут как раз пора на сцену. Поскольку я не люблю газировку (особенно в легкодоступных для "дозеров" открытых бутылках), меня все это миновало. Но в Фарго (Северная Дакота) мы все-таки попали.
Мы сидели в полутьме за сценой, ожидая начала концерта. Подошел Билл Лаундер, наш тур-менеджер. Он, как обычно, принес пластиковую тарелочку, поделенную на секции, чтобы содержимое не смешивалось. В одной секции были витамины, в другой - порошок от насморка, далее - метедрин в гранулах, кокаин, ЛСД и что-то от головы. Мы все сделали несколько понюшек того, что казалось кокаином, но было темно, мы перепутали секции и в результате приняли столько кислоты, чтобы отъехать на всю ночь.
Минут через пятнадцать после начала концерта я взглянула на Марти и увидела, что его лицо похоже на мозаику. Кислота начала действовать, мы глупо улыбались друг другу и говорили: "Гм, кажется, это был не кокаин..." Играли мы в "Фаргодоме", стадионе в форме чаши - зрители сверху, музыканты внизу, - что только добавляло ситуации странности. Полное ощущение, что лежишь на операционном столе, а вокруг тебя бригада хирургов.
Мне всегда нравилось, как Джек играет на басу, поэтому, как только он начал соло, где я должна была аккомпанировать ему на фортепиано, я прекратила играть и повернулась к колонкам. Мне даже в голову не пришло, что это может разрушить песню! Уверена, каждый рок-музыкант шестидесятых знает истории о глупостях под кайфом на сцене. К счастью, обычно зрители накачивались еще круче, чем мы, и принимали все как должное.
Старые добрые дни...