Отправилась снова на кухню, включила чайник, чтоб выпить любимого ароматного чая и немного успокоиться. Тревога скручивала всё внутри. Что происходит? Может это вообще нормально для него!
Как же жутко хотелось объяснений немедленно. Все чувства смешивались в едкий коктейль, который изрядно травил душу.
Я заварила чай и вернулась с кружкой в комнату. Снова осмотрев пространство, заметила пакет, что принёс Виктор вчера, и озарилась идеей позвонить маме. Авось, промелькнёт какая информация от неё.
После непродолжительных гудков она ответила.
— Тонечка? Ты вчера не позвонила, а я не стала тревожить тебя. Как дела с работой?
Я тут же вспомнила, что моя карьера поменяла курс направления, но этим точно не хотелось делиться по телефону.
— Мамуль, всё в порядке! Я всё расскажу, когда приеду, — на том конце послышался глубокий вздох. — Мам, скажи, зачем ты послала мне такую странную посылку?
Секундное молчание дало знать, что моя мать соображает что к чему.
— Тонечка, какая посылка?
Я закатила глаза и набрала в лёгкие воздуха. Всё понятно, мама даже не в курсе, что шарф отца послан мне.
— Машка вчера заходила? — спросила я на выдохе.
— Да. Примчалась, как фурия! В домашних тапках и пальто поверх халата. Протараторила что-то невнятное про соль, пока я ходила на кухню, то смылась так же быстро.
Я прикрыла глаза и представила эту картину. Как она хватает то, что попалось под руку и сбегает.
— Мам, не обращай внимание! Машка иногда сама не понимает, что делает, но обычно это ей пользу приносит, — похохотала я.
— Тоня, ты не знаешь, что там у Лариных произошло? — настороженно спросила меня мама.
Я немного напряглась.
— Эмм… Что могло случиться?
— Не знаю, Тонечка… Весь дом на ушах, все на друг друга прикрикивают. Кому-то пытаются дозвониться… Нина слегла с давлением. Сергей приходил утром и попросил поставить ей укол.
Мама говорила короткими фразами, а я пыталась сложить из них пазл.
— Мне кажется, что это как-то связано с Виктором. Потому как, я его дома не видела.
— Так что ж ты не спросила, ты же там была, — пробурчала я, и чувство тревоги обострилось до предела.
— Тонь, я как-то… Неудобно было спрашивать, да и не до этого. Нина плакала сильно. Я, как могла, успокоила и пошла домой. Позже схожу ещё, проведаю ее состояние. Давление у нее, и правда, скакнуло очень сильно.
— Мам, позвони потом мне обязательно, ладно?
— Ладно.
На этом я закончила разговор с мамой. Сидела с телефоном в руке и окончательно ничего не понимала. Что же могло произойти у Лариных? Может они потеряли Виктора? А он был у меня…
Странно, что Машка не закидала меня ещё звонками.
Я набрала Ларину, но вызов скинули, и последовали короткие гудки.
«Да, что ж такое?» — выругалась я после третьей попытки дозвониться до Машки.
Я последовала на кухню и швырнула мобильник на стол. Подошла к окну и уставилась на улицу. Смотря сквозь тюль, пыталась сосредоточиться на происходящем там. Погода прекрасная, морозная, спокойная, даже солнце проглядывало немного. Вот, сосед гуляет с собакой, дети таскают ватрушки по снегу…
«Это невыносимо!»
Я оглянулась на мобильник. Еще никогда так не ждала звонка от Лариной!
Машка позвонила спустя полчаса моего волнительного хождения вокруг телефона.
— Антосик, извини! У нас такой дурдом! Вышла на улицу, чтоб поговорить с тобой…
Ее тоскливый, слегка виноватый тон сразу же не давал надежды на лучшее.
— Махыч, что случилось у вас?
— Антосик… Понимаю ведь, что напрасно спрашиваю, но всё-таки… Витюха у тебя?
Я скорбно вздохнула, так как поняла, что они его ищут и не знают где он.
— Нет, Махыч, он не у меня, — мой голос был не менее печальный, чем у нее. — Может расскажешь, что случилось?
— Расскажу. С утра позвонил Павел Сафронов, Витюхин отец, и наговорил кучу всего неприятного. Мама в истерике, за сердце хватается.
— Что он такого сказал? — заволновалась я.
— Антосик, эх… — вздохнула жалобно Машка. — Этот подлец оказывается женится! И смылся к нам прямо накануне свадьбы. Невеста рыдает, переживает вернётся ли её ненаглядный вовремя. Павел рвёт и мечет, ищет его, а Витюха на его звонки не отвечает. А вчера поехал, сказал, что дела у него в городе… И снова пропал!
Женится, невеста ищет, вернётся ли ненаглядный вовремя…
Машкины слова опускали тяжёлый камень на душу и хлестали, словно волны о скалы, также мощно и страшно.
Слёзы заструились по моим щекам, горло стянуло колкой обидой.
— Антосик, он ведь привёз тебе посылку? — это был какой-то обречённый вопрос со стороны Лариной.
— Привёз, — проглотила я ответ и смахнула слёзы со щеки.
— Тоня… чувствую по голосу, что ты расстроена. Я виновата…
— Ты здесь не при чём, Маш.
— Антосик…
Ларина явно была настроена поддержать меня и успокоить, но разговаривать я больше не могла.
— Махыч, позвонишь мне, как только всё устаканится у вас? — я бросила фразу, типичную, когда хотят, чтоб отстали.
А мне сейчас хотелось именно этого, спрятаться, укутаться с головой под одеяло, и чтоб не тревожили.
— Антосик, я обещаю, что найду своего брата и заставлю объясниться! Если только он обидел…
Я прервала звонок и отложила мобильник подальше.