За столом естественно поднялась тема Николаса. Оказывается, он так замучил парней своими звонками, что те, последовав моему примеру, тоже отправили его в черный список. При этом обозвав предателем. Гадостей на Дария было еще больше, чем на Ника. Мы даже затеяли игру, суть которой заключалась в том, что каждый по кругу должен придумать слово, характеризующее солиста. На восьмом или девятом кругу мы сдались и плавно перешли к теме конкурса. На этой позитивной ноте нас прервал звонок в дверь. Эрик пошел открывать и через минуту на кухню вошла Багира.
Она была одета так же, как и на свидании, но несколько потрепанная. Волосы торчат в разные стороны, из под коротенького платья видна линия чулок, а само платье было несколько перевернуто. Впечатление это произвело неизгладимое.
Она залпом осушила бокал вина и более осмысленным взглядом обвела окружающих. То, что бокал был вообще- то Адриана, ее совершенно не смутило.
-- Тысячу извинений, господа, я сегодня не в духе! -- отчеканила она.
Парни лишь махнули на это рукой и разговор продолжился в той же непринужденной обстановке.
Незаметно, под столом Адриан коснулся меня рукой и указал на дверь. Я согласна кивнула и мы вышли на лестничную площадку покурить.
-- Что случилось, Ад?
-- Гретта, ты когда- нибудь замечала, что Багира-- девушка! -- зловещим шепотом сообщил мне друг.
Я сначала не поняла, что он имел в виду, но поняв расхохоталась, чем заслужила презрительный взгляд от барабанщика.
-- Ад, ты не поверишь, но живя с ней, я этого почему- то не заметила! -- саркастично ответила я.
-- Все, забыли. -- и он развернулся, чтобы уйти, но я его остановила.
-- Прости, я не со зла. Говори, что тебя тревожит. --соучастным тоном предложила я.
-- Понимаешь, со мной никогда такого не было, честно. Ты же знаешь, что для меня девушки-- материал на одну ночь. Дольше они не задерживаются. Я никогда не стеснялся при них ругаться или говорить то, что думаю, а при ней я пытаюсь сначала осмыслить фразу, а потом сказать. Я даже пить при ней не хочу!
-- О, да! Это аргумент!
-- Не ерничай!
-- Может, ты просто боишься при ней пить? Я вот боюсь при ней курить.. -- призналась я.
-- Гретта, что ты ощущала, когда рядом был Кай? -- неожиданно спросил блондин.
-- Не трогай эту тему, Ад, не нужно..
-- А твое тату в виде обожженных черных крыльев, тоже в его честь? -- зло бросил Адриан.
-- Ну ты и падаль..
-- Гретта, прости.. -- осознал то, что сказал барабанщик, но было поздно.
Я сломя голову неслась по ступенькам, едва не сбив по пути какую- то старушку, отчего получила в спину изрядную порцию проклятий.
А на улице был дождь. Я вспомнила, что на мне о сих пор одежда Рика, направилась домой, не особо стараясь обходить лужи или прикрывать голову от дождя. Слезы смешались с дождем и у меня потекла тушь с глаз. Я украдкой вытерла лицо рукавом, оставив черные пятна.
Мобильный начал звонит уже через минуту, но я даже не взглянув кто именно звонит, отменила вызов и выключила телефон.
На душе было гадко и противно. Но больше всего угнетало то, что я услышала эти слова не от недруга, а от того, кого я смело могла назвать братом. Конечно, Адриан сказал это не со зла, а скорее от непонятной обиды. Влюбиться в Багиру, это, конечно, не подарок. Надеюсь, у них все сложиться.
Где- то через час я добралась домой. Феликс тоже был дома и как мне казалось, настроение у него было таким же, как у меня.
Брат сидел на кухне и курил. В пепельнице валялось не меньше десяти окурков. Он сочувственно взглянул на меня и молча полез в бар за абсентом. Поставив передо мной бутылку и два бокала, он открыл это пойло и разлил по бокалам. Тихо сказал : "Будем!" и выпил. Я последовала его примеру. В полнейшей тишине мы оприходовали это проклятую бутылку абсента. Галлюцинаций у нас еще не было, поэтому брат решал выговориться. Я любила его слушать. Даже если он был пьян.
-- Ее зовут Оделия. Она новенькая. Первый курс. Гретта, она идеал. -- еле шевеля языком начал брат. -- Мы гуляли с ней пару раз. Гретта, ты же моя сестра, ты должна с ней познакомиться. Обязательно. Но у нее брат есть. И он может быть против. Я знаю, что он будет против, Гретта. Я же дурак. Вот скажи, я дурак? Молчи. Не говори ничего.
Я ничего и не говорила. Я молча выслушивала всю чушь, которую он несет и согласна кивала, потому что если он расскажет это сейчас, потом это выльется в очередную уличную драку. Он их просто притягивал, как магнит. Спасало его то, что когда он злой он был непобедим, да и драться он, хвала всевышнему, умел. Но лучше так, ибо волноваться за него я не люблю, вернее даже ненавижу.
