— Думай и подбирай слова.
— Тогда в другой раз.
Александра опустила взгляд, понимая, что ее вопросы вновь остаются без ответа. Этот разговор должен состояться без свидетелей.
— Не переживай, у тебя еще будет много времени, чтобы узнать все, что ты хочешь.
Александра, взглянув на него, улыбнулась.
— Скажи, а почему ты ничего не рассказала обо мне своему отцу? — неожиданно спросил Ричард, — упомянула, но не рассказала?
Обдумывая ответ, Александра взглянула ему в глаза. Она перевела взгляд на водителя, а потом снова на Ричарда.
— Ты сам знаешь, какой вся эта история получилась. И если начать что-то рассказывать, все превратится в снежный ком — остановиться не получится. А даже если и рассказать, то кто поверит девчонке, которая вдруг все вспомнила после амнезии. И еще мне пришлось бы рассказать о моей сестре. Каково это обрести ее, чтобы сразу же потерять?
Выражение лица Ричарда на мгновение стало серьезным и задумчивым. Но он быстро отогнал от себя тяжелые воспоминания. И улыбнулся Александре. Слишком велико было желание узнать от нее ответы на вопросы, на которые он пытался ответить себе сам.
— А почему ты ничего не рассказала обо мне своей подруге? И почему мои туфли подарил тебе тот, как ты сказала, "женатый негодяй"?
— А ты откуда об этом знаешь? — с удивлением она смотрела на Ричарда. И вдруг, внезапная мысль все прояснила. — А, ясно, те двое на скамейке в парке — Леонард и Юлий, кажется, — она пристально взглянула в его изумленные глаза. — А я рассказала ей о тебе.
Александра наблюдала, как изменилось выражение его лица, теперь оно стало озадаченным. Ричард пытался понять, что именно она могла рассказать подруге, и чем может быть опасен этот рассказ.
— Не переживай, — она улыбнулась и продолжила: — Если рассудить логически, то она может знать о тебе только то, что произошло… — Александра вновь взглянула на водителя, а затем вплотную подсела к Ричарду и произнесла чуть слышно, — до того, как ты украл меня. А до этого ничего такого секретного не случилось.
Ричард в ожидании серьезно и молча смотрел ей в глаза.
— Я рассказала ей, что в первый день своего приезда я встретила мужчину, ночью у моря, вдали от города. Все это было как-то неожиданно, странно и волнующе, и еще сильно напугало меня. Я рассказала, как убежала от тебя, и все последующие дни везде искала взглядом твои черты. Я хотела поделиться с ней чем-то важным для меня, а ей было смешно. Я смотрела, как она смеется, а внутри я уже решила, что об этом мужчине — о тебе — больше не узнает никто. Поэтому те туфли ты просто не мог мне подарить.
Ричард слегка усмехнулся, он хотел еще кое о чем спросить, но Александра опередила его, чуть слышно задавая свой вопрос.
— Ты сказал, что пришел ко мне, потому что я тебя сама позвала. А если бы не позвала?
— Я бы пришел к тебе в любом случае, но чуть позже. Я очень рад, что ты все вспомнила.
— Почему рад?
— Потому что мне не надо будет тебе ни лгать, ни что-то придумывать.
Воцарилось молчание. Александра так и сидела, прижавшись к Ричарду, и ей совсем не хотелось отсаживаться от него обратно, от его согревающего тепла.
— А почему ты не можешь принять подарок, только потому, что он слишком дорогой — много денег стоит? — спросил Ричард, пытаясь повторить ее же словами, от чего Александра смущенно улыбнулась.
— Я не верю в чужое бескорыстие. Оно может быть только в кругу родных людей — семьи. Мне всегда казалось, что если кто-то делает тебе подарок — дорогой подарок, когда ты сам не можешь ответить тем же, то ты становишься обязанным этому человеку, и уже зависим от него.
— Ты не хотела зависеть от меня?
— Я не знала, чего может захотеть от меня человек, у которого все есть.
Александра закрыла глаза и положила голову ему на плечо. Ей казалось, что следующий вопрос Ричарда будет о кольце, которое он подарил ей, надев на палец в день ее рождения. О кольце, которым она дорожит, и о котором она ничего Ричарду так и не сказала. Она боялась этого вопроса, потому что не хотела ему врать, но и правду сказать была не готова. Она надеялась, что если притвориться спящей, он не сможет задать свой вопрос.
Ричард повернул голову и посмотрел на девушку. Он долго смотрел на ее спокойное лицо, и было приятно чувствовать, что она ему доверяет. Но также Ричарду стало ясно, что она не хочет дальше отвечать. Он хотел спросить Александру о кольце, подводя свой разговор именно к этому вопросу. Когда она рассказывала, о чем вспомнила, то он почувствовал, как она быстро перевела тему о его подарке. На ее день рождения он подарил ей именно кольцо, а туфли вовсе не были подарком. Она пришла в его дом босиком, и он не мог ее отпустить без обуви. И туфли — это забота о ней, а вовсе не подарок. Его беспокоили вопросы: "Почему она тогда умолчала о кольце? Почему и дня не носила его на руке? И что сталось с тем кольцом?"
Но сейчас ему стало понятно, что про кольцо она прекрасно помнит, только почему-то ничего не хочет о нем говорить.