— Мой… ты мой! Только мой…
— Да… да… твой…
Хриплый от стонов голос стал последней каплей на пути к разрядке, и Гарри, чтобы не кричать, прикусил плечо Северуса, чуть выше ключицы, оставляя багровый след.
— Прости… прости меня… — шептал он потом, пытаясь губами и языком возместить нанесённый ущерб.
— Ты как вампир, — усмехнулся Северус.
— Давай я уберу, — Гарри потянулся за палочкой.
— Оставь… на память…
Спорить у Гарри не было сил. Он всем телом вжался в Северуса и от души потянулся:
— Давай спать? А утром продолжим…
— Когда я возражал против такой программы?
— Это потому что я такой неотразимый, — сонно пробурчал Гарри.
— Именно поэтому, — согласился Северус.
Так и получилось, что все каникулы они провели в постели, лишь иногда Гарри выбирался в Поттер Холл за едой, которую они делили по-честному, не оставляя ни крошки. Наверное, поэтому на вокзале Кингс-Кросс Гарри чувствовал легкую слабость и головокружение. Северуса отвлёк Регулус, а подошедший Сириус лишь восхищённо присвистнул:
— Я, конечно, всегда говорил, что вы кролики, но не до такой же степени. Вы хоть спали?
Гарри гордо фыркнул:
— Иногда.
Восторг Сириуса заставил Гарри по-новому взглянуть на Северуса и заметить неестественную бледность, тёмные круги под глазами и сонный вид. Неужели и он выглядит точно так же? Сириус поспешил заверить:
— Как братья-близнецы!
Ну и ну… Сириус же, судя по его виду, каникулы провёл в смиренном воздержании.
— А вот завидовать нехорошо!
К Северусу подошёл Петтигрю и начал что-то горячо рассказывать. Наверняка о небесных оцелотах… Странно, но обычно ехидный Северус внимательно его слушал и даже что-то отвечал, вызывая одобрительные кивки. Сириус заметил интерес Гарри:
— Ревнуешь?
— Вот ещё.
Сириус тяжело вздохнул:
— И зря! Я вот тоже раньше не понимал этого чувства.
— И что?
— Теперь понимаю, почему этот… как его… Отелло задушил свою подружку, — и доверительно добавил: — иногда очень хочется!
Гарри постарался не рассмеяться. Всё-таки ему никак не удавалось сопоставить ту Амбридж, которую помнил по другому времени, с этой «горячей штучкой», любящей острые ощущения. Эта бы тарелочки с кошечками по стенам развешивать не стала… да и вообще страшно представить, во что бы тогда превратились отработки.
— А туфли-то ты ей перекрасил?
— Нет! Она заказала под них платье. Точно такого же цвета…
Гарри представил и содрогнулся:
— Ужас!
— И вовсе не ужас! — обиделся Сириус. — Чулки тоже были розовыми, и корсет, и…
— Не продолжай! Я уже восхитился.
— А ещё мы попробовали… — неумолимо продолжал Сириус.
— Да понял я! Понял! Она — горячая штучка.
— Да-а-а, — Сириус мечтательно закатил глаза. — А maman, когда узнала, пообещала выпороть на конюшне.
— И ты?!
— Да на здоровье, пусть порет… к тому же у нас нет конюшни.
Джеймс тащил оба сундука — свой и Лили, — но всё равно выглядел довольным:
— Как каникулы?
— Мало…
— Длинные…
Гарри и Сириус отозвались одновременно и, переглянувшись, развеселились. Как, оказывается, мало надо, чтобы каникулы удались, и одновременно — как много. А до Белтайна оставалась всего ничего…
Письмо от Лорда Гарри получил, как и обычно, в совятне, куда завел привычку заходить перед ужином.
«Понедельник. Полночь. Там же. Л.В.»
Ну вот. До Ритуала осталась всего неделя. Нацарапав дрогнувшей рукой согласие, Гарри зажмурился. Отступать некуда. Он сделает это, и всё закончится. Будущее изменится навсегда и бесповоротно. Гарри отпустил сову с ответом и, обернувшись, вздрогнул — за его спиной стояла Беллатрикс. Вот уж кто умеет бесшумно подкрадываться.
— Подготовка? — понимающе спросила она.
Гарри оставалось только кивнуть. Беллатрикс смотрела куда-то вдаль, на стремительно темнеющее небо. Она гордо вскинула голову и тихо сказала:
— Я не буду вмешиваться.
Удивлённый Гарри не успел сдержаться:
— Почему?
— Я поняла, для меня главное, чтобы он был счастлив. И не имеет значения с кем.
— Но…
Гарри попытался сказать, что он совсем не претендует, но она его резко оборвала.
— И ни слова об этом! Никому!
Беллатрикс порывисто развернулась и стремительно бросилась вниз по истёртым каменным ступеням. Похоже, она для себя всё решила.
Понедельник наступил гораздо быстрее, чем того хотелось, и Гарри вновь терзался муками совести, собираясь усыпить Северуса. Особенно после такого вечера…
Но делать было нечего. Ещё два раза, и больше никаких недомолвок! Сонные чары сработали, как обычно, и Северус уснул, продолжая едва заметно улыбаться после бурного оргазма. Как бы Гарри хотел никуда не ходить, а остаться здесь, с ним…
Ничего! Они ещё своё наверстают!
