– Вы многого от меня требуете, – медленно проговорил Ренли. – Иными словами, я должен шпионить за ними?
– Решайте сами: нет, так нет. Но я не вижу, как еще вы можете мне помочь.
Ренли поколебался немного, затем произнес:
– Хорошо. Я сделаю все, что в моих силах. Однако мне это не по душе. Если они обнаружат…
– Как? Скажите им просто, что я от вас ускользнул… Я принимаюсь за Мэллори. Сегодня обязательно зайду к его сестре. Кстати, запишите ее номер телефона – вдруг срочно понадоблюсь. Я буду там около полудня. А где найти вас?
– Мы остановились в гостинице «Эндфилд» на Брюэр-стрит, рядом с Чансери-Лейн, – ответил Ренли, записывая адрес и номер телефона Энн Мэллори на обратной стороне конверта.
– Отлично. Я уложу вещи, и вы можете идти. Ни слова тем двоим о сестре Мэллори. Отныне мы их ни о чем не информируем.
Когда Ренли ушел, забрав чемоданчик, Корридон позвонил Зани.
– Позавчера я был в клубе до двенадцати часов дня, – многозначительно сказал он, услышав на другом конце провода гортанный голос. – Передай это Максу. И считай, что заработал пятьдесят фунтов.
Несколько секунд Зани молчал. Слышалось только его сопение.
– У них есть твое описание, – наконец проговорил он. – Такое алиби недолго продержится.
– Нужно, чтобы продержалось, – отчеканил Корридон. – Постарайся.
Снова последовало молчание.
– Ладно. Я свое дело сделаю, но не пеняй на меня, если…
– Постарайся, – сухо повторил Корридон и повесил трубку.
Некоторое время он хмуро смотрел на телефон. Когда-то на Зани можно было рассчитывать смело, но теперь, похоже, владелец клуба не горит желанием оказать услугу. И все же лучшего варианта не было.
Корридон шел в спальню, когда раздался телефонный звонок. Он вернулся и снял трубку.
– Да, кто это?
– Я… Эффи, мистер Корридон, – произнес дрожащий голос.
Он сразу понял: что-то произошло. Эффи никогда прежде ему не звонила. Сейчас ее голос дрожал от волнения.
– Что случилось, Эффи?
– Никак не могу к вам пробиться!.. У нас была полиция. Я слышала, как они разговаривали с Зани. Он дал им ваш адрес.
Лицо Корридона окаменело.
– Давно?
– Больше десяти минут назад. Одного полицейского я знаю – Роулинс, старший инспектор. Он говорил что-то об убийстве.
– Чепуха, Эффи, не беспокойся. Спасибо, что позвонила. Я посылаю тебе с человеком чемоданчик, ты пригляди за ним, там мои вещи. Извини, я спешу. Счастливо!
Он повесил трубку и застыл, погрузившись в раздумье. Во входную дверь резко постучали. У миссис Якобс, которая убирала квартиру, был свой ключ; значит, не она. Нетрудно догадаться, кто пришел…
Корридон беззвучно скользнул к окну и выглянул через занавески во двор. С дома не спускали глаз двое коренастых мужчин. Одним из них был Роулинс.
На своем веку Корридон побывал во многих переделках и никогда не терялся. И полиция не первый раз шла по его следам. Он знал, что делать.
Он быстро прошел в спальню, открыл шкаф и надел на себя висевшее там легкое пальто и шляпу. На дне шкафа лежал небольшой рюкзак с необходимыми вещами – как раз на такой случай. Корридон схватил его, вытащил из ящика стола пачку купюр и сунул их в карман пальто. Уже более настоятельный стук застиг его в гостиной. Он усмехнулся, закинул рюкзак на плечо и вышел в коридор. Прямо над его головой находилось слуховое окно. Он отвел задвижку, сдвинул раму, подпрыгнув, ухватился за край и подтянулся на руках.
Со стороны двора его закрывала дымовая труба. Зная, как тщательно действует Роулинс, Корридон не сомневался, что за домом наблюдают и с улицы. Поэтому, держась ближе к центру крыши, он пополз к гаражам. Предпоследний в ряду бокс оказался пустым. Корридон поднял раму и осторожно пролез на пыльный затхлый чердак. Потом спустился по лесенке, тихонько приоткрыл дверь гаража и выглянул во двор. Роулинс и его спутник стояли к нему спиной и, задрав головы, смотрели на окна второго этажа. Многие шоферы перестали мыть машины и с интересом наблюдали за происходящим. Корридон ждал. Все взоры были прикованы к дому, по он понимал, что первый же его шаг привлечет всеобщее внимание. Роулинс обменялся несколькими фразами со своим коллегой, решительно кивнул и быстро пошел к выходу со двора.
Корридон отпрянул от щелки и замер, пока шаги Роулинса не стихли. Потом снова выглянул.
Роулинс исчез, зато другой полицейский явно собирался торчать здесь целый день. Корридон терпеливо ждал. Через несколько минут детектив повернулся к нему спиной и побрел в дальний конец двора. Корридон, не колеблясь, проскользнул в дверь и направился к улице, каждую секунду ожидая услышать позади себя окрик, с трудом удерживаясь от соблазна оглянуться. Однако ничего не произошло. Благополучно выйдя со двора, он ускорил шаги и двинулся по направлению к Гайд-Парк-Корнер.
На воротах в двухметровой зеленой стене висела табличка: «Чейни-Уок. Художественные мастерские».
