Костя – хирург, Аня – учительница. Он – слишком серьезен, она – слишком стеснительна. Они женаты пять лет, но уже целую вечность не получали удовольствия от секса. Константин фантазирует о том, чтобы заинтересовать жену БДСМ-практиками, но не верит, что это возможно. Но когда он узнает, что Ане тоже интересна тема, его поведение меняется. Как только жена неосторожными словами бросает ему вызов, Костя уже не может справиться с искушением взять ее за волосы и показать себя настоящего, со всем затаенным гневом.
Серия книг: БДСМ-клуб «Сабспейс»
В спальне было очень тихо – тишину нарушал только шелест страниц. Читал мужчина, который сидел в кресле в одних шортах. Он выглядел абсолютно сосредоточенным на чтении – до тех пор, пока со стороны кровати не донесся жалобный стон.
Услышав его, он молча встал и внимательно посмотрел на распростертую на кровати девушку – полностью обнаженную, связанную по рукам и ногам в позе морской звезды. Он смотрел так, словно впервые ее увидел. И только после продолжительной паузы с созерцанием произнес первые слова:
– Ты ведь знаешь, что если я выну кляп и снова не услышу того, что хочу, ты будешь опять наказана?
Мужчина указал взглядом на красные следы от ремня на белой коже ее бедер, а затем вопросительно посмотрел в глаза.
Ответом ему был новый неопределенный стон. Такой же неопределенный, как и ее взгляд – полный то злости, то мольбы.
Он вздохнул:
– Что ж. Я дам тебе еще один шанс. Но если ты его упустишь – наказание будет жестким. Жестче, чем до этого, поняла?
Снова неопределенный взгляд. Гробовая тишина. Она явно демонстрировала, что не собирается отвечать на это.
Лицо мужчины изменилось, серые глаза заледенели:
– Кивни, сучка. Я хочу знать, что ты поняла, – яростно потребовал он, слегка понизив голос.
Но девушка на кровати не шелохнулась.
– Хорошо, подождем еще, – безжалостно ухмыльнулся он и вернулся к креслу. Но не успел он сесть, как его догнал новый стон – на этот раз более громкий и протяжный. Обернувшись, он, наконец, увидел то, что хотел: девушка кивала.
– Что ж… – мужчина снова вернулся к кровати и обошел ее по кругу, изучая взглядом обнаженное тело. А затем наклонился и освободил ее рот от кляпа:
– Говори.
– Пожалуйста… хозяин…
– Что пожалуйста, маленькая?
Его голос стал обманчиво нежным. Он знал, что это еще немного увеличит ее страх – и расчет оправдался. Беззащитные глаза стали совсем несчастными:
– Ну, пожалуйста…
– Говори, – ровным, все таким же нежным тоном посоветовал он. – Говори, что ты хочешь. И я сделаю это для тебя.
– Пожалуйста, хозяин… умоляю, не заставляйте меня.
На ее глазах появились слезы. Подделать такое отчаяние было бы трудно. Но лицо мужчины не отразило ни малейшей жалости. Его глаза сузились от гнева:
– Я сейчас выдеру тебя, как сучку. До красных следов по всему телу. Поставлю тебе кляп и оттрахаю в жопу, жестко. Буду держать за волосы и трахать, поняла?
– Ну, пожалуйста…
– И раз ты молчишь, мы будем считать, что именно этого ты и хочешь, верно? – со злой улыбкой спросил он.
– Нет!
Девушка попыталась вырваться из веревок, но это было невозможно. Она просто дернулась и замерла, наблюдая за ним тревожным взглядом:
– Пожалуйста не надо. Я так не хочу…
– Заткнись, шлюха, – сказал он и вернул кляп в ее рот быстрее, чем она успела выпалить новый протест или мольбу. А затем наклонился над ней и взял ремень, который лежал, аккуратно свернутый, между ее широко раздвинутых ног.
Наматывая его на руку, верхний ни на секунду не отпускал взглядом свою нижнюю, наслаждаясь тем, как ее глаза наполняются сомнением, а потом снова тревогой. Но сильнее всего – вожделением. Не заметить его мог бы только слепой.
Двумя неделями раньше.
Аня.
В тот вечер ей показалось, что что-то внезапно вернулось. Может, это шампанское было виновато. Костя еще в прошлом году принес бутылку коллекционного напитка, которую ему подарил кто-то из пациентов. В новогоднюю ночь так и не выпили – у него было дежурство, а Аня подхватила простуду и праздновать вообще не было сил.
Каникулы прошли в овощном состоянии: Костя много дежурил, приходил домой только спать. Пару раз они смотрели вместе какие-то новогодние фильмы. Но от романтических комедий ей только становилось грустно. Лет пять назад их жизнь была похожа на такую комедию. Они были счастливы, полны энергии, и хотели друг друга как чокнутые.
Аня накупила новых летних платьев, чтобы дразнить его, Костя обожал задирать ей юбку и трахать везде, где это приходило ему в голову: в прихожей, едва они заходили в квартиру, на кухонном столе, в его кабинете в больнице и даже в машине. Ей нравилось подчиняться ему, чувствовать себя мягкой в его требовательных руках, маленькой в его объятиях – это было совсем нетрудно с мужчиной, который был значительно выше и едва ли не вдвое тяжелее, чем она.
Тонкие чуткие пальцы опытного хирурга порхали над ее телом и ласкали бесконечно нежно, но и дразнить отлично умели. Они отлично умели все, связанное с прикосновениями: нажимать, легонько шлепать, чуть-чуть сдавливать и стимулировать клитор, заставляя ее сначала тихонько постанывать, а потом кричать. Аня в ответ отдавалась без остатка, без тени стыда.
С самой первой их ночи она разрешила ему все. Так даже вопрос не стоял, чтобы Косте хоть что-то было нельзя, чтобы с ним хоть что-то было стыдно. Он получал ее рот каждый раз, когда хотел его. Когда он в первый раз просунул палец в ее попу, у Ани даже мысли не возникло сказать «нет».
