Для начала я использовала фреш, чтобы занять руки и промочить горло. Намек Майка (не вслух, боже упаси, исключительно пластикой) на тему «руки можно занять и мной» я проигнорировала, так что его забрала Люси. Усадила на пол рядом, позволила опереться согнутой рукой на свои колени и принялась перебирать волосы.
За наблюдением за ближними своими я едва не упустила начала шоу. Свет притушили так мягко, что я ничего не заметила, пока смолкшее фортепиано не сменилось тихими и тревожными звуками альт-саксофона и там-тама. Что-то восточно-европейское в этно-аранжировке, завораживающее и тягучее.
Зал замолк, затаил дыхание. Мое сердце тоже забилось быстрее: похоже, в этом клубе знают толк в шоу! Ну, что же будет?
Круг теплого света упал на подиум, высветил девушку. Без маски. Очень милую, тоненькую, с поднятыми вверх волосами, в длинной пышной юбке, белой блузе с открытыми плечами и корсаже.
Послышались аплодисменты.
Девушка робко улыбнулась публике, сделала книксен и подняла руки. С потолка спустилась цепь с наручниками, обитыми изнутри мягким. Девушка вложила в них запястья. Послышался щелчок, и тут в круг света вступил мужчина в безупречно-элегантном костюме от Армани. В руке он держал кнут, или что-то на него похожее, очень ковбойского (и устрашающего) вида.
На этот раз аплодисменты были куда горячее. Даже, можно сказать, восторженные были аплодисменты. Вряд ли его внешности: ну, довольно привлекательный коротко стриженый брюнет, какой-то хищный, но на мой взгляд – ничего особенного, если не считать особенным выпендреж с кнутом и галстуком.
«Не Джерри», – подумалось почему-то разочаровано.
– Корсар! Сам Корсар! – пронесся по залу шепоток.
Подходящее имечко для хищника. И извращенца.
Хм. Что это я? К чертям критицизм, любуемся шоу!
А любоваться было чем. Для начала – небольшой стриптиз. Корсар снял пиджак, сбросил на руки кому-то из официантов. Затем – галстук. Кажется, синий в золотых корабликах. И этим галстуком повязал поднятые руки своей нижней. У нее при этом сделалось такое счастливое лицо, словно ей миллион баксов дали. А затем…
На первом ударе я машинально зажмурилась, ожидая крика девы. Однако крика не последовало, лишь треск разорванной ткани, едва слышный стон и выдох зала, так что глаза я все же открыла. И дальше не закрывала – зрелище, хоть и крайне странное, завораживало. И возбуждало.
Кнутом Корсар владел виртуозно, словно с ним родился. А с девушкой обращался, как с хорошо настроенным музыкальным инструментом. Она вздыхала, стонала, а под конец кричала и подвывала – в такт ударам, выгибаясь то им навстречу, то в тщетной попытке увернуться. Но больше я смотрела на самого Корсара: что чувствует он? Растреплется ли его идеальная прическа, взмокнет ли белоснежная рубашка?
Не тут-то было.
Он наслаждался игрой – вниманием зала, откликом своей сабы, собственным совершенством. Но мимика оставалась почти спокойной, словно он не раздел девушку кнутом и не полосовал нежную кожу едва не до крови, а играл в покер с компанией таких же, как он, лощеных джентльменов.
Нет. Он мне не нравится. И я не хочу оказаться в положении этой девицы, даром что она кончает под кнутом. Но вот на его месте… если вместо девицы поставить кое-кого другого… да, я бы это попробовала. Но не здесь. Это слишком личное, чтобы выносить на публику. Особенно на знакомую публику.
Я так задумалась, что пропустила окончание шоу. Очнулась, только когда меня тронула за локоть Люси.
– Понравилось?
Кинув быстрый взгляд на подиум, где уже начался следующий номер – танцевали два парня, что-то похожее на корриду – я неопределенно пожала плечами. Честно, сама не понимаю, понравилось или нет. Взбудоражило, задело, но понравилось ли?
– Корсар редко дает шоу, так что тебе повезло.
– Он артист? – спросила я почти без надежды на «да», но вдруг? Профессиональное шоу все же совсем другое дело! С ним как-то проще, что ли…
Рядом с Люси тихо засмеялись, а я вздрогнула. Забыла про Майка. А он так и сидел на полу подле Люси, откинувшись ей на ноги, и выглядел довольным жизнью. Честно говоря, я совсем не так представляла сабов. То есть я слабо их себе представляла вообще, но уж точно не такими веселыми. Там же что-то такое с подчинением и болью, а тут… не саб, а котенок.
– Артист в душе. – Люси запустила пальцы в волосы Майка, ласково разворошила воронье гнездо, в которое превратилась его модная прическа. – Алекс Монтроз, хозяин юридической фирмы «Корсар» и непосредственный начальник Майка.
Я чуть не подавилась. Фамилию Монтроз я слышала от Фила, когда обсуждали юридическое сопровождение, и поняла, что это очень-очень круто.
Мне тут же вспомнилось опрометчивое предложение, адресованное Джерри: подать в суд.
Я невольно передернулась, представив лощеного извращенца с кнутом в зале суда. Нет уж, давайте обойдемся без такого счастья! Хватит с меня шоу.
– Он круто владеет кнутом. Но по мне это слишком… э…
