Выбирая Ловат, мы полагаем, что нанесём удар непосредственно по одной из опорных группировок. Если наш анализ их предыдущих действий точен, и если при ударе мы сможем её накрыть, то поблизости не должно быть ничего, что могло бы прийти на подмогу в течение по меньшей мере семидесяти двух часов. Помимо этого, так как мы будем производить разведку сильно защищённой системы и ранее уже посылали разведчиков в системы, которые не намеревались атаковать, то полагаем, что они будут сомневаться в наших намерениях. Даже если и нет, то у них нет никаких причин вызывать дополнительное подкрепление перед тем, как мы действительно нанесём по ним удар.
И на этот раз, особенно учитывая, что мы знаем, как именно искать их сети управления системной обороной, мы должны быть в состоянии нейтрализовать их при помощи «Омелы» до того, как они получат шанс ими воспользоваться. После чего сражаться будут наши корабли стены и ЛАКи против их, лицом к лицу, без этих ракетных залпов, которые так потрясли нас на Солоне.
— Вы так уверены в возможности нейтрализовать их комплексы управления и наведения внутрисистемной обороны? — спросила Гивенс, однако глядела она по большей части на Хэмпхилл, и Хонор улыбнулась.
— Мы с адмиралом Хэмпхилл не всегда были полностью согласны друг с другом, — начала она и Хэмпхилл даже рассмеялась.
— Ваша милость, так можно сказать, — произнесла она, — только стремясь к преуменьшению. Я припоминаю довольно экспрессивный разнос, который вы устроили Комиссии по развитию вооружений после того маленького дельца на Василиске.
— Тогда я была моложе, адмирал, — почти застенчиво произнесла Хонор, — И тогда я была несколько раздражена.
— И поделом, — с поклоном сказала Хэмпхилл и покачала головой. — Я не думаю, что у меня когда-либо действительно была возможность сказать вам это, ваша милость, однако я всегда рассматривала «Бесстрашный» только как платформу для испытаний. Я никак не ожидала, что его пошлют в бой, особенно без всякой поддержки. То, что вы сумели одержать победу, наглядно доказало ваши способности тактика. И то, что вы были «несколько раздражены», как вы сказали, конечно понятно. Кроме того, — она снова рассмеялась, — изучив ваше досье за последние несколько лет, я склонна сомневаться в том, что вы с тех пор стали значительно мягче.
— Не мягче, — с улыбкой ответила Хонор. — Только немного… дипломатичней.
На этот раз к смеху Хэмпхилл присоединились Капарелли и Гивенс. Капарелли откинулся в своём кресле.
— Я полагаю, что вы ответите на вопрос Пат, ваша милость? — сказал он.
— Да, отвечу, — согласилась Хонор, обращаясь к адмиралу Гивенс. — Что я хотела сказать, Пат, так это то, что на сей раз я полностью убеждена в том, что новые игрушки адмирала Хэмпхилл сработают. Я надеялась придержать их на чёрный день, не позволяя хевенитам узнать об их существовании до тех пор, пока мы не будем крайне нуждаться в них. К несчастью, «крайняя нужда» является довольно точным описания нашего сегодняшнего положения. Во всяком случае, мы потихоньку проверили новую технику на маневрах около Звезды Тревора и она соответствует обещанным возможностям. Несомненно, это не то же самое, что и реальное использование в бою, однако результаты испытаний выглядят очень хорошо. На самом деле, они выглядят намного лучше первоначально предполагавшегося. Мы в действительности только начинаем осознавать все тактические возможности, однако даже то, чего мы уже достигли, достаточно, чтобы задать жару тому, кто встанет на нашем пути к Ловату.
Она снова улыбнулась и на этот раз без какой-либо несерьёзности.
— На самом деле, — тихо произнесла адмирал леди дама Хонор Александер-Харрингтон, — я даже с нетерпением жду такой возможности.
— Ну, я думаю, что прошло неплохо, ваша милость.
Андреа Ярувальская мучительно старалась не расцвести от удовольствия и Хонор спрятала улыбку. Ярувальская, Брайэм, Раф Кардонес и Иоланда Гарриман присоединились к ней за обедом и сейчас восседали вокруг стола, наслаждаясь послеобеденным кофе — или какао, кто чем.
—
— Они всегда появляются, — указала Брайэм. — Лично мне, ваша милость, интересно только то, кто именно запрограммировал симуляцию так, чтобы обрушить на нас ту дополнительную эскадру супердредноутов.
Она с великой подозрительностью уставилась на Хонор, которая ответила ей полным невинности взором. Затем начштаба избрала мишенью свой подозрительности коммандера Гарриман, которая внезапно чрезвычайно заинтересовалась донышком своей кофейной чашки.
— И в то время, пока я задавалась этим вопросом, мне пришло в голову, — продолжила Брайэм, — что любой, кто решил бы это провернуть — и, обратите внимание, я не называю никаких имён — нуждался бы в сообщнике на флагманском корабле. Желательно имеющем доступ к тактическим компьютерам. Конечно, как только меня посетило это гнусное подозрение, я чисто по-женски отбросила его как недостойное нашей открытой и чистосердечной штабной команды.
